– Он просто великолепен! Если бы я не была замужем…

– Глядя на ваши отношения с Юджином, просто диву даешься, что вы вообще еще женаты. Грызетесь как кошка с собакой.

– Зато примирение бывает таким сладостным, – с улыбкой возразила на это Роза.

– Интересно, а с кем это он пришел? Со своим отцом?

– Ты имеешь в виду старика? Кажется, этот англичанин бывал здесь и раньше, – он из замка.

– Обслужи ка их лучше ты, Роза. Не будем возлагать это на Фиеро. Я бы хотела узнать об этих людях поподробнее.

Альба возвратилась в кухню, где Альфонсо пыхтел над котлом с супом, а его сын Романо, одетый в белый фартук и колпак, крошил овощи за специальной стойкой в центре комнаты. Сев за маленький деревянный стол в углу, синьора потерла лоб. В свои пятьдесят шесть лет она все еще была красивой женщиной. Ее блестящие волосы ниспадали на спину густыми волнами, а кожа имела оттенок густого меда. Со временем на очарование былой молодости наложился отпечаток житейской мудрости. Ее серые глаза, столь редкостного цвета для такого ярковыраженного средиземноморского типа, казалось, еще многих способны пленить. Ее тело было таким же роскошным и возбуждающим желание, как созревший персик. Когда то Альба отличалась довольно резкой манерой говорить, однако годы сделали ее мягче, а с появлением детей она стала нежнее, все резкие черты характера пообтесались, и со временем она обрела дар душевной щедрости, так что стала всеми любима и уважаема в этом маленьком уголке Италии. Она вздохнула. Все, что происходило в замке, внушало ей беспокойство. Альба любила Инкантеларию такой, какой она была – тихой, замкнутой, заброшенной. Не оставалось сомнений в том, что от новичков, поселившихся в замке, следует ожидать одних неприятностей. С тех пор как они переехали сюда, в город хлынул непрекращающийся поток туристов. Как молодых, так и пожилых, и все как один в поисках развлечений. Конечно, приезд нескольких человек только на руку для их бизнеса. Однако большее количество уже представляло угрозу укладу их жизни. Неужели они превратили замок маркиза в гостиничный отель? Альба вдруг представила себе ночные клубы и вечеринки на пляже, и ужасных застройщиков. Ну почему они не приобрели место в каком нибудь более фешенебельном городе, который уже снабжен всей необходимой инфраструктурой, чтобы предоставлять жилье постояльцам?

– Только через мой труп, – прошептала она. – Ну, и где же это привидение, когда его появление так необходимо?

Покачивая бедрами, Роза плавной, скользящей походкой вышла на террасу, ее ягодицы выступали, подчеркивая изящный изгиб спины. Фигуру плотно облегало красное платье с глубоким вырезом, а блестящие каштановые волосы ниспадали на плечи темными волнами. У нее были такие же, как у матери, светлые глаза и черные ресницы, то же дерзкое выражение губ, а от отца достался волевой подбородок и широкое заостренное лицо. Она прекрасно знала, что красива. Большинство разборок, на которые она провоцировала своего мужа Юджина, случались из за того, что она безбожно кокетничала со всеми подряд. Юджин становился таким привлекательным, когда злился, и жизнь была бы скучна без огня перепалок и сладости примирения.

Когда Люк поднял глаза, ее сердце замерло в груди. Он был чертовски красив.

– Добрый день, – очень приветливо произнесла она. Ее безукоризненный английский сразу же сразил Люка и профессора.

– Боже праведный! – воскликнул Карадок. – Итальянская красавица, которая говорит на английском, как наша королева.

– Мне очень приятно слышать, что вы так считаете. Моя мать англичанка, а отец – итальянец.

– Это многое объясняет, – сказал профессор. – Ну что я тебе говорил, Люк? Девушки здесь хорошенькие, не правда ли?

– Мой друг рассказывает, что у вас делают хороший кофе.