– Стало быть, вас не удивит, если я скажу, что Эрин не отличалась примерным поведением?

– Наверно, как и многие ее сверстницы. К тому же она хорошенькая… Но нет, раньше я о ней ничего дурного не слышал.

– Ей нравятся плохие парни.

– Дело житейское.

– Да, но это объясняет ее интерес к Маккриди.

– Вы хотите сказать, она знала, что он занимается темными делишками?

– Она нашла у него пистолет, а до того наверняка была в курсе, что он связан с наркотиками.

– Вы клоните к тому, что Эрин была замешана в дела Маккриди?

– Мы не должны сбрасывать со счетов такую возможность. Непохоже, что она была всего лишь невинным наблюдателем.

– И Трейси тоже?

– Этого я не сказала. Если Трейси и оказалась как‑то связана с Маккриди, то лишь в самое недавнее время. Может быть, они просто друг другом увлеклись. Однако теперь он покажет свою истинную суть. И ей это вряд ли понравится. Она поймет, что совершила очень серьезную ошибку.

– Да, это уж наверняка, – тяжело вздохнул Бэнкс. – А что будет с Эрин?

– Не представляю. Пока она по‑прежнему молчит.

– Маленькая она была смешная, – усмехнулся Бэнкс. – Ходила с косичками, и нос вечно в веснушках. Очень милая. Я как‑то взял их с Трейси на фейерверк в Блэкпул. Они были в полном восторге. Хотя, мне кажется, им больше понравилось не спать допоздна, чем вся эта пиротехника. По дороге домой обе заснули в машине. И Брайан тоже. – Бэнкс потряс головой, чтобы отогнать воспоминания. – Извините. Вся эта история действительно слишком близко меня касается.

– Когда Джульет Дойл пришла рассказать о пистолете, она спрашивала вас.

– Да, Чамберс говорил. Он придает этому какое‑то особенное значение, невесть почему. Мне ее желание поговорить именно со мной не кажется странным. Она меня знает, поэтому решила посоветоваться со знакомым человеком, это нормально. Ей, конечно, нелегко было пойти в полицию, чтобы донести на родную дочь.

– Вы думаете, она надеялась, что благодаря вам Эрин отделается легким испугом?

– Наверно, – согласился Бэнкс. – Не знаю, что думала Джульет, но сам я считаю, что сумел бы уладить проблему мирно, без трупов.

– Может быть. Но вас тут не было, а гадать теперь без толку.

Зазвонил телефон. Жервез подняла трубку, молча выслушала собеседника, поблагодарила и отсоединилась.

– Это Уинсом звонила. Нашли машину. Недалеко от вашего коттеджа, в пустошах.

Бэнкс нервно сжал кулаки:

– Пустую?

– Да. Ее спрятали на опушке, за изгородью. Кто‑то из членов местного общества охраны природы на нее наткнулся, вспомнил, что передавали в новостях, и решил сообщить в полицию на всякий случай.

– Значит, теперь они передвигаются пешком. Далеко им не уйти.

– Не будем радоваться прежде времени. Мы еще не уверены, что это их машина. Хотя есть основания так думать.

– Какие?

– Последняя заметка в блокноте Энни. Она записала номер машины.

– Ну да, приехала ко мне, увидела рядом с коттеджем незнакомую машину, и это ее насторожило.

– Записан только номер. Ни времени, ни места, ни даты. Она могла увидеть эту машину в тот день где угодно. Или в другой день. Это неофициальная запись, вот в чем дело.

– Вы верите в такие совпадения?

– Нет. Поэтому в тот район направлены усиленные патрули и поисковые отряды. Теперь можно сузить область поисков и сосредоточиться на пустошах.