– Ничего не имею против Майлза Дэвиса или Пуччини. И где все это?

Трейси отвела его в комнату отдыха, там стоял телевизор с большим плоским экраном и повсюду полки с дисками.

– Он здесь все проводами опутал, чтобы звук шел из каждого угла, – заметила Трейси. – Старый зануда.

– А по‑моему, круто, – откликнулся Джафф.

Он брал диски целыми стопками, бегло читал названия, бормотал «полный отстой» и кидал их на пол. Наконец нашел что‑то подходящее и вставил диск в проигрыватель. Трейси узнала мелодию из альбома Evil Urges  группы My Morning Jacket. Эрин постоянно крутила ее в Хедингли. Господи, у отца‑то это откуда? Наверно, благодаря его последней подружке Софии. У нее более современные пристрастия, чем у старины Бэнкса, который, похоже, навеки застыл в шестидесятых, если не считать джаза и чертовых опер.

– Найдется чего‑нибудь выпить? – спросил Джафф, когда они вернулись обратно на кухню.

– Да, у отца есть вино. – Трейси заглянула в холодильник, вдруг там завалялась пара банок пива, но он был пуст, и она открыла стенной бар. Сделала книксен и добавила: – А еще вот это. Тра‑ла‑ла!

– Ни хрена себе! – присвистнул Джафф. – А твой старик не дурак выпить. И вкус у него хороший. – Он повертел бутылку виски «Хайленд Парк». – Это мы оставим на потом. Тэк‑с, а здесь у нас что? – Джафф подошел к винной стойке у входа в оранжерею. – Неплохо. Совсем неплохо. Это вам не дешевка из супермаркета. Тут есть чем себя порадовать. Слушай, твой старик все больше мне нравится. А чем он занимается?

– Он бывший госслужащий, сейчас уже на пенсии. Ничем не занимается. Так, путешествует помаленьку. Я думаю, большая часть этого вина досталась ему от дяди Роя. Он был богатый. Когда он умер, отец получил по завещанию целую кучу коллекционных вин и немного денег.

Она нашла штопор, и Джафф открыл бутылку «Шатонеф‑дю‑Пап». Трейси поставила в микроволновку индийскую еду. Сомнительно, что это вино подходит к овощному рагу, курице в соусе тикка масала и хлебным лепешкам, но можно попробовать. Джафф уже наполнил два больших бокала и устроился за сосновым столиком, деловито скручивая косяк. Трейси мысленно улыбнулась. Подумать только, все это происходит в доме ее отца! Она присела рядом, и он предложил ей затянуться. Травка оказалась довольно крепкая. У Трейси немного закружилась голова, но это было приятное ощущение. Она отпила большой глоток вина, едва не поперхнулась и с трудом справилась с собой.

– Карри скоро разогреется. Хочешь, поедим в оранжерее?

– Давай, конечно, – согласился Джафф и протянул ей косяк. Привстав, он включил небольшой телевизор над кухонным столом. – Только сначала посмотрим новости.

Они нашли местный новостной канал. Уж наверно, репортеры знают теперь побольше о том, что случилось в Иствейле. Джафф сделал звук погромче, чтобы его не заглушала музыка. На экране возникла знакомая картинка: Ракитовый проезд, по‑прежнему забитый полицейскими машинами и микроавтобусами.

Сообщили, что утром, в десять часов сорок пять минут, в дом номер двенадцать ворвались спецназовцы. В результате один человек, видимо хозяин дома, был госпитализирован. В ходе операции полицейские применили оружие. Звучало все это маловнятно и расплывчато. Впрочем, на следующее утро назначена пресс‑конференция и тогда, возможно, ситуация прояснится. Ни Джафф, ни Эрин в репортаже не упоминались. Один из соседей Дойлов в коротеньком интервью сказал, что видел, как полицейский вынес из дома нечто завернутое в кухонное полотенце, и ему сдается, это нечто было похоже на пистолет.

Трейси показалось, что на заднем плане она заметила Энни Кэббот, которая что‑то обсуждала с констеблем в форме.