Что с ним происходило? Найсмит почувствовал в себе напряжение, которое медленно, но постоянно росло. У него было впечатление, что оно возводилось непрерывно все это время, начиная с первого дня в аудиториях для множественного обучения в Лос‑Анжелесе. С каждым шагом от смерти Ремсделла, заточения в тюрьме, потом с убийством Веллса… с путешествием во времени с двумя чужаками, в похороненном космическом корабле, на всем этом пути к Городу… напряжение беспощадно росло внутри него. Он почувствовал себя так, словно его тело физически раздувается, и он обязательно взорвется, если не сможет снять напряжение. На его лбу выступил пот, руки дрожали. Что‑то внутри него… скрытая тайна, нечто, что вырвалось тогда в кабинете психиатра и потом, в лаборатории Прелла… черный секрет его естества…

Найсмит ощущал, что дверь внутри его сознания вот‑вот откроется, и это уничтожит его.

– Шефт, что с тобой?

Он поднял глаза. Это был толстый низенький мужчина в одежде из коричневых и зеленых полос, который с озабоченным видом разглядывал его. Визгливый голос звучал снова.

– Разве ты не знаешь, что Высокорожденная спрашивала о тебе? Где ты был? Идем быстро!

Найсмит последовал к центру зала, где размещалось наибольшее скопление людей. Когда они медленно проталкивались сквозь плотно сгрудившиеся двигающиеся тела, коротышка пыхтел ему в спину:

– Быстрее, быстрее. Она хочет тебя видеть, прежде чем это произойдет!

– Что произойдет? – спросил вяло Найсмит. Давление внутри него было настолько большим, что он едва мог дышать. Его голова раскалывалась от боли, руки похолодели.

– Барьер! – проверещал коротышка. – Они собираются поставить Барьер с минуты на минуту! Быстрее!

Протиснувшись сквозь внутреннее кольцо, Найсмит оказался перед толстой женщиной и ее свитой, собиравшихся вокруг ряда больших круглых экранов. На одном из них было изображение рабочего помещения лаборатории времени с гномом на переднем плане – Пенделлом или другим, очень похожим. Толстуха истерически взвизгнула.

– Что, еще не готово? Как скоро, тогда? Как скоро?

– Несколько минут, Высокорожденная.

– Почему ты не можешь быть более конкретным? Несколько минут, несколько минут – сколько?

– По моим оценкам, не более пяти, – сказал гном. На его лице было написано напряжение, ибо часть внимания он должен был уделять царствующей особе, а часть пульту управления, который держал в руках.

– Но я должна знать точно, – продолжала верещать толстуха. Ее глаза на желтом лице сверкали сумасшествием. – Отправьтесь тогда вперед во времени и выясните, как я уже просила!

Вперед выплыл мужчина с ястребиным носом и проговорил:

– Это сомкнет петлю времени, Высокорожденная, что противоречит основным законам времени.

– Только и слышу –» сомкнет петлю, сомкнет петлю «! – выкрикнула старуха. – Я устала от этого, как я устала! Сколько еще минут?

– Возможно, три, – проговорил гном сквозь плотно сжатые губы.

Вперед с радостным лицом выскочил Развлекатель. Он был весь в полосах копоти и грязи.

– Высокорожденная, ловушка сработала! Уродливые разбиты, мы захватили их машину времени.

– Отлично! – вымолвила старуха, и ее лицо мгновенно приняло довольное выражение. – Сколько их осталось?

Человек рядом с ней повернулся к одному из парящих в воздухе экранов, на котором не было ничего, кроме разбросанных зеленоватых точек света. Пока Найсмит смотрел на него, несколько из них в разных местах потухли.

Ближайший коснулся края экрана и всмотрелся в цифры, появившиеся в нижней части.