-  Ну, ни чижа себе… - задумчиво удивился Волк. - Тут и Ярославна бы спасовала, наверное… Ну и шуточки у ваших богов… Цветочек-то у тебя под левой рукой, ей-Богу, как от самого искусного ювелира… И не скажешь, что вот секунду назад настоящим был… М-да… Сколько добра-то пропадает… - теперь он слегка оттопырил нижнюю губу, помял подбородок и повторил еще раз:

    -  М-да… Ну и дела… Ну, что я могу тебе сказать, царь…

    -  Ардос.

    -  …царь Ардос. Желаю тебе добраться до этой твоей священной реки Игрек в целости и невредимости. А нам пора. До свидания. Мы спешим.

    -  Прощай…

    -  А на прощанье разреши-ка тут у тебя травки нарвать, - проговорил Волк, и пока царь еще ничего не успел ответить, проворно подскочил и виртуозно выполол всю золотую траву у того вокруг рук. Потом зачем-то зашел ему в тыл, нагнулся, пошарил руками по земле и попытался заглянуть старичку под зад.

    Удивление, разочарование и просветление быстрой чередой проскочили по лицу лукоморца. Он почесал в затылке, потом бросился под дерево, под которым Ардос спал совсем недавно, потом обратно…

    -  Эй, юноша, что это ты там делаешь, скажи мне на милость? Что ты бегаешь вокруг меня кругами? Что ты там под меня заглядываешь - у меня что - на заду что-то написано? Или ты меня ограбить хочешь? Так у меня нечего красть, я бедный… И вообще - дай ты мне умереть спокойно!.. - царь попробовал поворачиваться, чтобы уследить за энергичными перемещениями незнакомца, но от беготни того у него закружилась голова, и он повалился наземь, успев, впрочем, ухватиться за ветку кустарника. Та тут же превратилась в золотую, обломилась, и царь скатился с пригорка прямо на дорогу.

    Отрок Сергий снова подскочил к тому месту, где только что лежал Ардос и стал что-то высматривать и выщупывать.

    Потом гордо выпрямился, отряхнул пыль со штанов и, склонив голову чуть на бок, спросил слабо барахтающегося в придорожной пыли тощего старика:

    -  А что бы ты сказал, царь Ардос, если бы дар твой остался как есть, а жить ты бы смог по-прежнему?

    -  Не гневи богов, юноша. Ступай себе, откуда пришел. Не смейся над умирающим…

    -  Да нет, дед, я серьезно. Что ты мне дашь, если я помогу тебе сохранить дар?

    -  Ну, если бы был на белом свете смертный, который смог бы это сделать… Я бы дал ему сколько угодно золота, столько, сколько он бы смог унести!

    -  Так «сколько угодно», или «унести»?

    -  Сколько угодно унести.

    -  Хорошо. Только увезти.

    -  Увезти?

    -  Да. Увезти. Не унести.

    -  Хм. Смотря на чем.

    -  Какая разница?!

    -  Большая. Или он повезет золото в тачке, или в телеге, запряженной одной лошадью, или двумя, или в двух те…

    -  Царь. Тебе бы следовало родиться ростовщиком, а не царем.

    -  Спасибо за комплимент. Но этим ты меня не смягчишь. Царское слово тверже гороху. Сказал - «унести», значит…

    -  Ну, как хочешь. Унести - так унести. До свидания, - Волк сделал вид, что собрался уйти. - Счастливо добраться до своего этого Эпсилона. Пока.

    -  Эй-эй-эй!!! Постой!!! - до Ардоса, наконец, что-то дошло. - Я согласен! Согласен!.. Только не уходи!.