Царевич вздохнул, превратился в человека, почесал невидимой рукой в невидимом затылке и снял с ржавого крюка красное ведро.

    Через минуту в душной темноте заскрипел разбуженный колодезный журавль.

    Усталый невидимый кот вернулся в зал, где спали гости-пленники, только под утро, уже отчаявшись было найти в кромешной тьме и грязи незнакомого города этот проклятый дворец. Тяжело спрыгнув на так и не успевший остыть за ночь после горячего летнего дня каменный пол, Иванушка быстро добрался до своей лежанки, очеловечился и повалился на пыльные мягкие шкуры делать вид, что спит. Он был уверен, что после всех впечатлений и треволнений этой ночи и вчерашнего дня уснуть он не сможет.

    Проснулся он от того, что знакомые голоса со всех сторон выкликали его имя.

    -  Ион!

    -  Тс-с-с! Дурак! Язон, надо говорить!

    -  Язон!.. Какой Язон? Язон спит! Сам дурак!

    -  Иона мы называем пока Язоном!

    -  Пока не кончатся испытания…

    -  Или пока он жив…

    -  А ты орешь: «Ион»!..

    -  Ты хочешь, чтобы услышала эта змея Монстера?

    -  Думаешь, она стоит под дверью?

    -  Идиот!!! Она же колдунья!

    -  Колдуньям незачем стоять под дверью, чтобы услышать что-либо, Акефал!

    -  Точно-точно! Вот моя двоюродная тетушка Амфибрахия однажды рассказывала, взяв с меня обет молчания, что когда она была маленькой, однажды к ним в дом темной дождливой ночью постучалась незнакомая одноглазая старуха, которую…

    -  Ирак!!!..

    -  Язон!..

    -  ИОН!..

    Ах, чтоб тебя!!!

    Идиот!!!

    Хорошо, хоть сапоги не снял!

    «Бумс,» - торопливо шепнул Иван и натянул на себя побольше успевшее куда-то отползти шкурное одеяло.

    -  Язон!..

    -  Язон!..

    -  Я…

    -  Ну чего раскричались, как на пожаре? - лицемерно потягиваясь, выглянул из-под своего укрытия царевич. - Здесь я, куда денусь?

    -  ЗДЕСЬ?!

    Все стеллиандры, как один, повернулись к Иванушке и уставились.

    -  ЗДЕСЬ!?

    -  Ну, да…

    -  Но мы посмотрели - твоей обуви нет, и мы решили…

    -  Ну, естественно, ее не было… Я… Я в ней спал.

    -  Спал?!

    -  Спал?..

    -  Ну, да… А что тут такого? Ночью у меня замерзли ноги… и я решил… я решил… Что это вы на меня так смотрите? Ночи в этих местах могут быть очень прохладными, между прочим… Несмотря на высокую дневную температуру… Да что случилось?

    -  Пять минут назад я сам заглядывал под это одеяло - там никого не было! - обвиняюще затряс толстым пальцем Акефал.

    -  Было! - пошел в наступление прижатый к стенке царевич. - Просто, когда сплю, я сворачиваюсь клубочком! И меня становится не так заметно с первого взгляда! Особенно, когда я мерзну!

    -  Чего?! - не сразу дошло до стеллиандра.

    В нахмуренную голову Трисея, кажется, пришла какая-то мысль, от которой он нахмурился еще больше. Перекинувшись парой быстрых слов с Ираком, он сделал шаг вперед.