– Можно! – рявкает Компактный через плечо. – Давай отваливай. Ты же это умеешь!

Он не успевает договорить, как я спрыгиваю с койки и валю его на пол. В эту секунду он – Стикс, и Флако, и Слон Майк, и все прочие безликие мужчины и женщины, которые смели осуждать меня, не зная всех фактов. Он моложе и сильнее меня, но на моей стороне фактор неожиданности. Мне удается‑таки пригвоздить его к полу.

– Дурак! Ты хоть знаешь, что случится, если надзиратели пронюхают о твоих делишках? – рычит Компактный. – Откроют уголовное дело. Приплюсуют срок к тому, что уже есть. Тут‑то я и понимаю, что Компактный не хочет разрывать наш союз – напротив, он его оберегает. Он пытается спасти меня, пока нас не загребли вместе.

Понаблюдать за нашей стычкой собралось немало народу. Я вижу Блу Лока, готового вмешаться и оттащить меня в сторону, нескольких ребят из «Белой гордости», едва ли не аплодирующих мне, и Стикса. Выражение его лица я понять не в силах – он просто стоит, скрестив руки на груди.

Сквозь толпу зевак протискивается охранник.

– Что здесь происходит?

Я ослабляю хватку.

– Все в порядке.

Взгляд охранника останавливается на кровоточащем порезе у меня на шее.

– Поранился, когда брился, – объясняю я.

Охранник не верит ни единому моему слову. Но искра, способная зажечь весь блок, уже погасла, он со своей задачей справился. Пока он разгоняет остальных арестантов, Компактный встает и поправляет смявшуюся в драке одежду.

– Я помог тебе в это влезть, – говорю я. – И теперь я никуда не уйду.

На следующий день заканчивается отбор присяжных для моего суда, а у Компактного начинается сам суд. Нас отводят в зал одновременно.

– Ты небось принарядишься в рубашку от братьев Брукс, – поддевает меня Компактный.

Между прочим, именно в нее.

– И что не так?

– Химик, – ухмыляется Компактный, – Брукс нам не братья.

– Ты, похоже, считаешь, что в суд нужно идти в полосатом костюме и в гетрах.

– Только если тебя зовут Аль Капоне.

Нашей беседе мешает влетевший в камеру Твитч.

– Я сейчас не торгую! – цыкает на него Компактный.

Глаза наркомана бегают из стороны в сторону.

– Я оказываю тебе услугу, старик, – говорит Твитч. – И ты мог бы сделать это мне в ответ.

Он хочет обменять какие‑то сведения на бесплатный децл. Компактный выжидающе скрещивает руки на груди.

– Слушаю.

– Я сегодня утром был в госпитале и услышал, как один вертухай говорил… Он сказал, что они воспользуются стулом «Босс».[27]

– Почему я должен тебе верить?

Твитч пожимает плечами.

– Не я ношу в жопе пулю.

– Если я вернусь из суда и то, что ты сказал, окажется правдой, – говорит Компактный, – ты свое получишь.

После обещания новой дозы Твитч как на крыльях вылетает из нашей камеры.

– Придется спрятать пулю здесь.

Я смотрю на него как на сумасшедшего. Если мы оба покинем камеру и присматривать за нашим сокровищем будет некому, нужно взять его с собой – и все тут.

– Если Твитч не сбрехал, сегодня нас не просто разденут, а еще и усадят на стул‑металлодетектор.

Компактный лезет под нижнюю койку и ковыряет цемент между кирпичами. За несколько минут ему удается сделать дыру, в которую легко поместится пуля двадцать второго калибра. Он встает, достает тюбик зубной пасты и банку слабительного. Смешивает компоненты в раковине, набирает пригоршню…

– Стой на шухере, – говорит он и снова лезет под койку, на сей раз чтобы замазать щель.