У нее что - зубы кривые или изо рта пахнет, почему нормально не засмеется? Я, не таясь, скривился. Аш так и стелился перед Катрин. Вот сейчас упадет на спинку и будет колотить лапками по воздуху, повизгивать и поскуливать от счастья. А если она ему животик почешет, то он на радостях полижет ей пятки. Видеть обычно гордого и самодовольного брата таким… противно.

    Аш бросил на меня настороженный взгляд: как бы придурок Эскер не наболтал лишнего. Умчался, словно на крыльях. Перед ним расступались, провожали взгля дами - мужчины завистливыми, женщины влюбленными, похотливыми… Любимчик публики.

    Я хмыкнул, отхлебнул из кубка. А Катрин молодец очень ловко спровадила моего брата, тот даже не понял. Мозги совсем набекрень. Хотя какого Мрона, подумал я с внезапно нахлынувшей тоской, не таким ли был ты сам, Эскер, когда влюбился во Флори? Тоже был окрыленный, в глазах плескался розовый туман, сердце сладко щемило. А сейчас в груди один пепел, серый и мертвый… И ведь Аш влюбился явно не в ту девушку, Катрин уже вертит им как хочет. Что же будет потом?

    -  Любите вино? - спросила она невинно.

    -  Люблю, когда его много, - буркнул я. - Вино помогает забыться. Выпьешь - и даже самые, извините, страшные женщины становятся красавицами, а проблемы кажутся несущественными.

    Она посмотрела с живейшим интересом, даже ротик приоткрыла, но под глупышку косила плохо, я ее уже раскусил. Мои слова насчет женщин пропустила мимо ушей, спросила:

    -  У вас так много проблем, что нужно заливать горе вином?

    -  Проблем нет лишь у мертвецов и детей. До первых мне еще далеко, до вторых… гм… уже далеко.

    -  Настоящие мужчины не заливают проблемы вином, а решают их, - возразила она.

    -  Настоящие мужчины пьют в двух случаях - когда есть повод, и просто так, - в тон ей сказал я. - Но если говорить серьезно, то на халяву и уксус сладкий.

    Я смачно приложился к кубку, аж по подбородку потекло. Вытер капли кулаком, громко и сыто рыгнул, воспитанно прикрывая рот ладошкой. Она поморщилась: такое демонстративное хамство пробивает даже ледяную броню невозмутимости.

    -  Аш говорил, вы тоже маг, - сказала она.

    -  Да, маг, - кивнул я. - Маг-механик. Если нужно сделать голема, зачаровать метлу или меч - обращайтесь.

    -  А зачем метлу? - удивилась она.

    -  Ну как же, - масленым голосом сказал я. - Ведьмы только на метлах и летают.

    Она едва заметно вздрогнула, но красивое лицо осталось совершенно неподвижным. Лишь взгляд стал еще более холодным и презрительным.

    -  А почему вы предлагаете мне такое? - поинтересовалась Катрин.

    -  Женщины все ведьмы, - твердо сказал я. - Даже самая добрая фея, если разозлить, становится ведьмой.

    Она расслабилась, позволила себе легкую ироническую улыбку.

    -  У вас странное чувство юмора, Эскер, - укорила она.

    -  Я вообще странный, - развел я руками. - Но надеюсь, вы меня простите. Вам со мной не жить. А Аш… думаю, вы хорошая пара.

    -  Да, ваш брат - чудесный человек, - сказала она спокойно.

    -  Почему-то когда так говорят, сразу ждешь продолжения, - хмыкнул я.

    -  Какого?

    -  Сколько раз мне говорили - ты чудесный человек, Эскер, но… нам не по пути. Живи счастливо, но… с кем-нибудь еще.