Сейчас черты ее лица заострились, став более хищными. Огромные глаза из карих вдруг превратились в ярко желтые с крошечным, едва приметным зрачком. Радужка была настолько яркой, что создавалось впечатление, будто они подсвечены изнутри.

Двигалась Кавецкая плавно, словно пантера, вышедшая на охоту. Длинный плащ скрывал ее фигуру, женщина скользила по каменным ступеням легко и слишком быстро для человека.

— Ротрик! — промурлыкала она, бросаясь на колени перед троном. Она обвила руками ноги верховного туррона и преданно взглянула на него. Не только преданно…

Неужели? Могу ли я верить своим глазам? Если это так, значит, душа у рожденных от магов турронов все же имеется. Пусть неразвитая, уродливая, пребывающая первобытном состоянии. Они способны на чувства и выражают эмоции. Тогда возникает вопрос, почему же лишь в двух случаях гефам удалось получить потомство? Может быть, есть еще подобные им?

Я подлетела ближе и затаилась. Даже дышала через раз, боясь, что меня заметят.

Чудовище медленно открыло глаза.

— Зачем ты пришла, Франа? Я не звал тебя.

— Мы в последнее время так редко бываем вместе, дорогой, — томно прошептала Кавецкая и подалась вперед, приподнимаясь, чтобы поцеловать ужасного монстра.

Отвратительно! Меня чуть не передернуло от увиденного. Воистину — любовь зла! Променять моего Кремера на вот это? Бабы дуры, не потому что дуры, а потому что бабы.

Верховный туррон отклонился, и яркие, густо накрашенные алой помадой губы Кавецкой, мазнули лишь по щеке монстра, сливаясь с цветом его кожи. Удобно.

— Мы говорили на эту тему… доррррогая! — гневно рыкнул он. — Ты прекрасно знаешь, что не привлекаешь меня, как женщина!

Как женщина? И это говорит существо, у которого нет того самого, что определяет принадлежность к мужескому полу? Приведению давно почившей женщины я верила. Если говорит, что родился бесполым, значит, так и есть. Не могло же отрасти с течением жизни, правда? Хотя, с этими чудесами поверишь в любую чертовщину. Отсутствие важного органа делало его настойчивую попытку оттолкнуть женщину смешной. Кто еще на такое сокровище позарится? Пусть скажет спасибо, что хоть одна нашла его привлекательным.

— А так? — зло выпалила Кавецкая, и ее образ на глазах поплыл. Она стала меньше ростом, чуть изящнее. Отросли волосы, изменился голос. Уже через несколько мгновений перед троном стояла…

Да не может такого быть! Шутите? Перед троном из танталума стояла я! Я!!! Очуметь! Эмоции захлестнули. Это была такая дикая взрывная смесь, что хотелось завизжать изо всех сил и яростно затопать ногами. Не вышло лишь потому, что у астрального тела нет ни ног, ни рта. Но страх вперемешку с негодованием и злостью просто душил, не находя выхода. Это ж надо! Извращенцы инопланетные! Символа мужественности нет, а ему куртуазность подавай! Наряд Кавецкой смешил и раздражал одновременно. Белая блузка с несколькими расстегнутыми верхними пуговками, ремешок, черные лакированные туфельки без каблука, но с пряжкой, длинные светлые гольфы с помпонами и короткая плиссированная юбочка в красно-зеленую клетку. Причем, юбка была настолько короткой, что из-под нее выглядывали белые девчачьи трусики. И все бы ничего, но это непотребство сейчас было надето на моем двойнике, а верховный туррон, капая слюной, похотливо разглядывал возникшую перед ним интерпретацию школьницы. Просто ролевые игры какие-то!

— Иди сюда, моя девочка… — улыбаясь, почти шепотом произнес он, при этом поманив жертву порочной страсти пальцем.