— А что, думаешь не поможет? — усмехнулся Илья. — Как говорится «помоги себе сам».

— Не смешно, — сказал я, уже представив себе, как это произведение искусства тонет в грязи под колесом. — Выходите все, толкать будете. Дополнительные четыре лошадиные силы не помешают.

— А откуда мы возьмём четыре лошадиные силы? — непонимающе поинтересовался Соболев.

— А это он нас, Василий Иванович, лошадьми обозвал, — сообщил ему Илья, глядя на меня без прежнего восторга.

— Чего это ты так возмущаешься? — улыбнулся я. — Я реально дело говорю, другого варианта нет. И чем ты не лошадь?

Илья, продолжая бормотать себе под нос, открыл свою дверь и посмотрел вниз.

— Ты с ума сошёл? — чуть ли не взвизгнул он. — тут грязи почти по колено!

— Тогда останемся жить здесь, — предложил я. — Пока земля не просохнет, тогда поедем дальше, людей спасать.

— И когда она просохнет? — с сомнением спросил Илья, продолжая любоваться жижей под колёсами.

— От погоды зависит, — спокойно ответил я. — Может через неделю.

— Ты с ума сошёл? — взвился Илья.

— По-моему ты повторяешься, — ухмыльнулся я. — Поэтому вылезайте все дружно и толкайте, другого варианта развития событий я не вижу.

— У меня даже ботинок запасных нет, — тихо пробормотал Илья, снова уставившись на жижу. — Как туда нырять-то?

— С радостными криками, — сказал я.

— Так, подождите! — внезапно воскликнул собравшийся было чавкнуть ногами в грязь Соболев. — Кажется у нас скоро появится выход!

— Вы придумали что-то грандиозное? — поинтересовался я.

— Нет, но вслед за нами едет трактор! — торжественно объявил Соболев, улыбаясь от уха до уха. — И скоро он нас догонит.

— Во-от! Вот это дело! — обрадовался Юдин, высовываясь из открытого окна чуть ли не по пояс.

Я глянул в зеркало заднего вида и увидел тот самый трактор. До нас ему оставалось ещё метров триста, но рык двигателя был слышен уже довольно отчётливо.

— Наконец-то, — радостно выдохнул Соболев. — Скоро мы будем спасены.

— Как-то немного обидно, — сказал я.

— Что обидно? — нахмурился Юдин.

— Что там нас ждут люди, — сказал я, — а нас к ним не пускает банальная грязь. Это словно попавшая в затвор песчинка, мешающая решающему выстрелу.

Через пару минут трактор поравнялся с нами и остановился, отреагировав на взмахи руки Юдина.

— Вы чего, мужики? — хохоча спросил тракторист. — На рыбалку приехали? Клюёт? Какие-то наряды у вас странные и удочек не вижу. Сетью ловите?

Илья уже хотел было высказать что-то нелицеприятное, но я вовремя дёрнул его за рукав.

— Мил человек, — вступил в диалог с трактористом Соболев. — Мы тут в жиже застряли, а там в деревне люди от пневмонии умирают, им лекари нужны, а лекари все здесь, в машине.

— Ну так бы сразу и сказали, — ответил тракторист, тотчас став серьёзным. — Сейчас я вас подцеплю.

Трактор рыкнул двигателем, объехал микроавтобус и сдал назад. Тракторист спрыгнул в грязь, для его сапог высотой по колено, жижи оказалось до середины. Он прицепил трос и вернулся за руль. Микроавтобус плавно вынырнул из жижи и вскоре под колёсами снова зашуршала щебёнка. Природная помеха пройдена. Трактор снова остановился и отцепил трос.

— Дальше нормально, — сообщил мужчина. — А как обратно соберётесь, меня зовите, найдёте двор по трактору.

— А у вас-то в семье никто не болеет? — спросил я, высунувшись в окно.

— Почём я знаю? — пожал он плечами и нахмурился.