— Как скажете, мисс Кроуфорд. На руках и лице миссис Барнетт имеются кровоподтеки и ссадины, очевидно, полученные в результате борьбы. Смерть наступила от удушения руками. На шее имеются четкие синяки — они соответствуют отпечаткам ладоней. Врач сравнил их размеры с ладонями Джозефа Гилберта: у того ладони почти в полтора раза меньше.

— Да, верно, — вынужден был с сожалением признать сержант, — с такими ручками ему бы только на детской скрипочке играть!

— Итак, мистер Гилберт теперь полностью вне подозрений. Вы, кстати, отправили телеграмму его родителям?

— Да, конечно, сэр.

— Гилберта нужно отпустить. Хотя нет… за ним необходимо присматривать, иначе он опять сбежит… У вас в участке есть приличное помещение, куда можно было бы его поместить до приезда родителей?

— У нас весь участок приличный, сэр, — оскорбился Бейли.

— Я имел в виду — не камера.

— Можно посадить его в комнату для караульных, — подумав, предложил сержант. — Но только если ненадолго.

— Не сомневаюсь, что его родители уже на пути в Борнмут.

Сэр Уильям передернул плечами, сказал, что становится прохладно, и предложил переместиться в холл и выпить чаю.

Уолтон, старательно скрывая любопытство, лично помог горничной расставить все необходимое. Однако все четверо молчали, и он, разочарованный, вернулся за свою конторку и продолжил прерванное занятие — просмотр корреспонденции, которую только что принес почтальон.

— Этот ваш убийца из прошлого, сэр… Как его найдешь? — уныло произнес Бейли, отхлебнув из своей чашки. — Если его никто не видел, а сам он уехал неизвестно куда…

— Придется подождать, — откликнулся инспектор Найт, выбирая печенье. — Рано или поздно кто-нибудь начнет разыскивать миссис Барнетт, подаст заявление в полицию, и тогда у нас появится ниточка.

— А мне думается, напрасно вы отпустили Таннера, сэр. Если бы вы на него посильнее надавили, он бы признался. А теперь он опять придумает какую-нибудь…

Сержант не договорил — хозяин вдруг издал странный громкий звук, словно подавился. Все повернулись к нему: Уолтон двумя пальцами, словно нечто опасное, держал конверт.

— Что такое? — спросил Найт.

— Письмо для миссис Барнетт, сэр!

— Давайте его скорее сюда!

Уолтон подбежал и вручил инспектору письмо. Тот сначала рассмотрел конверт:

— Обратного адреса нет. — Он присмотрелся к почтовому штемпелю: — Отправлено вчера. Лондон, район Степни.

Найт быстро распечатал конверт, вытащил из него исписанный листок — Патрисия успела заметить, что послание было коротким.

— «Дорогая Грейс! — начал негромко читать инспектор. — Вот уже три дня от тебя нет никаких известий. Надеюсь, я напрасно волнуюсь, а ты не пишешь просто потому, что тебе некогда — на курорте, наверно, так много развлечений! У нас дела идут своим чередом. Начали читать «Оливера Твиста». Некоторые мальчики плакали — ведь им, увы, все это так близко и понятно! Я стараюсь им внушить веру в добро и сострадание. Джонни Пайка опять поймали на воровстве, приходили из полиции. Так этот хитрец умудрился выкинуть украденное в канал, прямо при констебле. Его все равно хотели забрать, доктору Б. едва удалось его отстоять. Только, пожалуйста, не беспокойся, мы справляемся. Хотя, конечно, тебе приятно будет узнать, что мальчики по тебе скучают. Все мы желаем тебе отличной погоды и ждем, что ты вернешься хорошо отдохнувшей». Подписи нет — только инициалы: Д.