– Да.

Он с несчастным видом сидел на заднем сиденье машины. Мама стояла, быстро барабаня пальцами по верху дверцы. Двигатель работал.

Дэвид посмотрел в заднее стекло. Папа был у зубцов на верху стены – перебегал от одного к другому, останавливался и, перегнувшись через стену, смотрел на берег внизу.

Может, искал Тони Гейтмана? Или того мужчину с громким голосом и длинными волосами?

Сегодня поведение родителей озадачивало Дэвида. С утра папа казался очень спокойным после того, как упал с дюны предыдущей ночью. Потом случилось недоразумение с Тони Гейтманом, тем странным человеком и разлитым повсюду бензином. Дэвида напугали крики и то, что папа был таким злым. Оказывается, понял мальчик, он не всегда такой спокойный, добрый и приятный.

После завтрака родители упаковали одежду в чемоданы и погрузили их в машину, а ему велели не выходить из фургона, поэтому он не знал, о чем они все время переговаривались. Но вид у них был встревоженный.

– Мам?

– Минутку, Дэвид. Мы ждем папу.

– Мам, куда мы едем?

– А‑а... Просто едем к бабушке и дедушке на несколько дней. – Она заставила себя улыбнуться. – Здорово, правда?

Он проглотил комок в горле. Ему все это совсем не нравилось.

Папа вроде бы наконец закончил осмотр окрестностей и теперь сбегал по каменной лестнице во двор, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.

– Порядок! Все чисто.

Мама быстро юркнула на водительское место и так газанула, что у Дэвида заложило уши.

Папа распахнул деревянные двустворчатые ворота морского форта, опасливо высунулся наружу и посмотрел по сторонам. Дэвид поступил бы точно так же, если бы на берегу бегали голодные тигры.

Папа помахал:

– Поехали!

Машина рванула с места и выскочила из морского форта, с отчаянным визгом пробуксовывая передними колесами. Потом она резко остановилась, и в грудь Дэвида врезался ремень безопасности.

Папа подбежал к водительской дверце.

– Я запру ворота.

– Крис...

– Нет, я не могу все бросить. Это пройдет – через несколько дней. Все снова будет хорошо.

– Хорошо... Ради Христа, побыстрее.

Отец закрыл ворота, повозился с замочной скважиной и висячим замком, а потом мигом забрался на переднее пассажирское сиденье.

Передние шины взвизгнули, и машина прыгнула вперед.

– Помедленнее, Рут. Все в порядке, они здесь не появятся.

– Ты что, специалист?

– Нет. Однако они не выходили из воды: пришли с приливом, ушли с отливом... Ладно, любовь моя, закончим на берегу.

Рев мотора стал тише; Рут притормозила, съезжая с насыпи на металлический мостик, соединявший ее с прибрежной дорогой, и шины зашуршали по кучкам песка.

На прибрежной дороге, которая бежала в Аут‑Баттервик между дюнами и болотами, Рут добавила скорости.

А потом, внезапно, с силой надавила на тормоз. Машина заскользила и замерла.

– Черт... – Рут пнула ладонью руль. – Черт, черт, черт.

– Господи Иисусе.

– Что такое, мама? Почему мы здесь остановились?

– Тс‑с, Дэвид. Погоди минутку.

Его отец смотрел маме прямо в глаза.

– Мы в западне.

– Оставим машину, Крис. Мы можем идти пешком.

– Вообще‑то могли бы. Но... не думаю, что стоит рисковать. Не сейчас. – Папа глубоко вздохнул. – Рут, боюсь, у нас нет выхода. Если мы вернемся в морской форт и запрем ворота, то будем в безопасности. В конце концов, эта чертова крепость построена для того, чтобы сдерживать армию.

Дэвид перегнулся через ремень безопасности, чтобы выглянуть наружу. Через ветровое стекло он увидел, что прибрежная дорога тут внезапно заканчивалась.