Мэг наклонилась к Джебу и прошептала:

— С номерным канадским знаком — из Торонто, наверное.

— Странно, что Рекс не лает, — удивился Джеб. — Ваше мнение, Диксон?

Дюжий дворецкий выскочил из машины и стал подкрадываться к лестнице. И только тогда раздался лай Рекса. Диксон открыл входную дверь и вошел в дом. Через минуту он вышел и стал неторопливо спускаться по лестнице.

Подойдя к машине, он наклонился к ветровому стеклу и сказал:

— Там какая-то женщина. Высокая, худая, с рыжими волосами. Утверждает, что она — ваша сестра.

— Да, единственная в своем роде, — проворчал Джеб. Он вышел из машины, поправил рубашку и галстук. — Диксон, помогите дамам, — распорядился Джеб.

Телохранитель кивнул.

Да, подумал Джеб, моя сестра та еще штучка! Что она выкинет на сей раз? Где-то в подсознании промелькнула мысль о ребенке. Он вспомнил изречение: «Бог дал, Бог взял». Малышка Элинор появилась в его доме благодаря Гвен. Чего же она теперь потребует? Отступного? Заберет ребенка? Об этом подумал не только он. За его спиной послышался стук каблуков.

— Она отнимет у нас нашу малышку, — проговорила Мэг с отчаянием в голосе. — Мы не можем допустить этого! Деньги! Она нуждается в деньгах! Дайте ей все, что ни попросит, только не ребенка!

Джеб кивнул. В его ушах звучали слова: «Наша малышка». И человек, за десять лет воплотивший в книгах столько остросюжетных коллизий, был потрясен той нестерпимой болью, которую причинила ему одна только мысль об утрате Элинор. Мы — нераздельное целое, подумал он с грустью. Мэг, Элинор и я — единое целое, и разъединить нас нельзя!

— Еще не все потеряно, — постарался успокоить он Мэг. — Если она потребует денег — откупимся. И не упоминайте про Большого Фрэнка. Ни в коем случае.

— Упоминать? Да я до смерти боюсь даже думать о нем. Сделайте что-нибудь, чтобы он уехал отсюда как можно скорей.

— Это человек, которого мы не можем подкупить, — сказал Джеб. — У него денег столько, что он не знает, куда их девать. Но не унывайте, — добавил он. — Все образуется!

С этими словами он вошел в дом. Рекс запрыгал, точно молодой щенок. Диван в кабинете Джеба поскрипывал, будто кто-то на нем ворочался.

— Кажется, кто-то пришел, — послышался голос его сестры.

Джеб перешагнул порог своего кабинета и сделал Мэг знак остановиться. И это моя сестра? — подумал он про себя. Такой он ее еще никогда не видел: на ней был старый измятый рабочий комбинезон, в рыжих волосах появилась седина, лицо покрылось морщинами и было таким измученным, словно жить ей стало невмоготу.

Он подавил желание отпустить пару колких замечаний, какими они любили перебрасываться.

— Привет, Гвен, — сказал он мягко.

— Привет, братик.

— Может, поешь?

— Нет, не хочется. Я себя неважно чувствую в последнее время. Что-то желудок пошаливает. Да и дорога была не из легких.

— Может, примешь ванну и в постель?

— Попозже, — ответила Гвен.

Никогда не видел ее такой пришибленной, подумал Джеб. Даже тогда, в Ричмонде. Мэг тихонько кашлянула.

— Ах да! Гвен, это моя невеста, Маргарита Хаббард. Послезавтра мы обвенчаемся. Хорошо, что ты приехала. Придешь на свадьбу?

Гвен отрицательно покачала головой.

— Так долго я здесь не останусь, — сказала она, вздохнув. — У меня неприятности. Большие неприятности.

— Опять нет денег?

— Денег, конечно, нет.