Изменить размер шрифта - +
Одиночество Димера ненадолго нарушилось в конце марта, когда у него гостил брат. Но Фред вернулся в свой полк во Францию на какую-то не вполне понятную тыловую должность, и с тех пор Димер снова жил и работал совершенно один. Еще в январе Келл пообещал, что весной подыщет ему более приятное назначение. Весна давно наступила, но он так и застрял в Маунт-Плезанте. И вот теперь собрался с духом, чтобы напомнить об этом.

Привратник кивнул Димеру и пропустил – его лицо уже примелькалось. Келл, как всегда, ждал наверху, в углу огромной безлюдной библиотеки.

– Добрый вечер, Димер. Как поживаете?

– Спасибо, сэр, неплохо.

– Присаживайтесь, – указал он на мягкое кожаное кресло. – Итак, что вы сегодня принесли?

Димер открыл портфель и достал полдюжины фотографий:

– Есть пара писем, достойных внимания, сэр. Десять дней назад премьер-министр отправил мисс Стэнли сообщение о заседании кабинета министров, которое, похоже, проходило чрезвычайно конфликтно. Лорд Китченер обвинял мистера Ллойд Джорджа в раскрытии секретных сведений о количестве войск во Франции. По словам премьер-министра, «он заявил, что больше не может в таких условиях нести ответственность перед Военным министерством, потребовал своей отставки, встал и направился к выходу». – Димер передал Келлу фотографию письма. – Премьер-министр утверждает, что сумел уладить дело, но говорит, что не осмелился бы никому больше рассказать об этом, и просит ее хранить тайну.

– Я слышал, что отношения между Китченером и Ллойд Джорджем стали напряженными, но не представлял, что все настолько плохо. И мисс Стэнли сохранила тайну?

– Насколько мы можем судить, да, сэр. И ни разу с начала осени ни с кем не поделилась секретными сведениями.

– Мы должны благодарить судьбу за это. Любой намек на то, что Китченер грозится подать в отставку, стал бы настоящим подарком для врага. Вы сказали про пару писем. Что было во втором?

– Он написал ей о нехватке снарядов и вложил в конверт полученное от Китченера сообщение о разговоре с сэром Джоном Френчем. Это явное нарушение Закона о государственной тайне.

– Дайте взглянуть. – Келл взял у него фотографию и долго рассматривал, нахмурившись, словно не мог поверить. – Сколько времени прошло от того момента, как он получил это письмо, до выступления в Ньюкасле?

– Шесть дней, сэр.

– Но письмо никак не подтверждает его утверждения. Скорее, наоборот. – Келл посмотрел на Димера с перекошенным от гнева лицом. – Он намеренно лгал всей стране.

По непонятной причине Димеру вдруг захотелось вступиться за этого человека.

– Премьер-министр определенно все приукрасил. Возможно, если бы он не отослал письмо мисс Стэнли, если бы держал его при себе, когда готовил свою речь, то не зашел бы так далеко.

– Это очень милосердное объяснение. И даже если оно справедливо, это в самом лучшем случае означает, что он утратил здравость суждений. – Келл снова взглянул на фотографию. – Я хотел бы оставить ее себе. Вы ведь можете сделать копию?

– Да, конечно.

Келл положил фотографию во внутренний карман. Зачем она ему понадобилась? Раньше Келл ничего у Димера не забирал. Пол убрал остальные снимки в портфель.

– Что-нибудь еще? – спросил Келл.

– Ничего особенно интересного. Если говорить в целом, то в последнее время отношения между премьер-министром и мисс Стэнли стали несколько напряженными. Мне кажется, их роман подходит к концу. Похоже, она собирается выйти замуж за Эдвина Монтегю.

– Это было бы весьма прискорбно, – заметил Келл. – С точки зрения разведки.

Быстрый переход