– Никакого, – ответил иножитель. – Это не военный корабль.

– Как далеко мы находимся от Летнего Злата?

Черепаха Квази нажал на клавишу и всмотрелся в цифры, появившиеся на экране компьютера.

– Приблизительно в двух днях по галактическому стандарту.

– А что, если мы не станем садиться в человеческой колонии за едой?

– Прорицательница – всего лишь ребенок, – заметил иножитель. – Ей нужно питаться.

– У вас нет анабиозной камеры? – спросила Мышка. – Вы бы могли заморозить нас, пока мы не прибудем.

– Это всего лишь маленький частный корабль. Здесь нет криогенной автоматики.

Мышка повернулась к Пенелопе.

– Они далеко от нас?

– Не знаю, – ответила девочка.

– Забудьте про еду, – сказала Мышка. – Она не стоит такого риска. Мы всего несколько часов как взлетели с Каллиопы. Если их корабль даже на самую капельку быстроходнее нашего, то нас догонят, остановись мы даже на час.

– Нам нет нужды строить догадки, – сказал Черепаха Квази спокойно. Он повернулся к Пенелопе. – Безопасно ли нам останавливаться, Прорицательница?

– Нет, – сказала Пенелопа.

– Вы сможете прожить два дня без пищи? – продолжал иножитель.

– Да.

– Пьет ли ваша раса воду? – спросила Мышка.

– Да. Я прикажу автоматике модифицировать ее так, чтобы она пришлась по вкусу людям.

Черепаха Квази дал навигационному компьютеру команды для расчета курса на Летнее Злато, затем отправился на камбуз проследить за фильтрацией воды.

– Он никак не хочет остановиться, – жалобно сказала Пенелопа. – Почему он не оставит меня в покое, Мышка?

– Ты уверена, что он пустился в погоню, чтобы убить тебя? – спросила Мышка. – Может быть, он считает, что Черепаха Квази украл тебя, и они с Вечным Малышом хотят нас освободить?

– Не знаю, – сказала Пенелопа. – Ведь он сам не знает.

– Подумай хорошенько, Пенелопа. Или он хочет тебя убить, или спасти. Он бы не стал гнаться за нами, если бы не решил это для себя.

– Он еще не решил, убьет ли он меня, – сказала Пенелопа. – Но он считает, что мне надо умереть. – Она повернулась и посмотрела Мышке в глаза. – Почему? – всхлипнула девочка. – Что я ему такого сделала?

– Ничего, – ответила Мышка и нахмурилась, в который раз злясь на себя за то, что когда‑то этот человек; был ей дорог. – Знаешь, возможно, пришло время, чтобы нам подумать о каких‑то мерах против него.

– Я не желаю никому зла. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

– Иногда не получается, чтобы выходило только то, что хочешь, – сказала Мышка. – Или по крайней мере выходит, но не сразу.

– Это несправедливо, – сказала Пенелопа, убаюкивая на руках Марианну.

– Конечно, нет, – мрачно отозвалась Мышка. – И все же, может быть, нам уже начало везти. Ты нашла еще одного друга, а на Летнем Злате мы, наверное, будем наконец в безопасности.

– Я так устала, Мышка, – сказала Пенелопа.

Мышка обняла ее за плечи.

– Я знаю.

– Ты всегда будешь со мной?

– Всегда.

Пенелопа положила голову на грудь Мышке и через минуту заснула беспокойным сном.

– Прорицательница доверяет вам, – сказал Черепаха Квази, возвращаясь в рубку с двумя стаканами воды.