– Айсберг? – спросил Ломакс, недоверчиво нахмурившись.

– Я велел тебе слушать, а не говорить, – строго сказал Помазанный. – Карлос Мендоса не представляет для меня никакой угрозы. Но он единственный, кому удалось выжить после встречи с моим единственным серьезным противником. И если у нее были причины сохранить ему жизнь, то меня они не интересуют – я просто хочу, чтобы он был мертв.

– Она? – переспросил Ломакс.

– Как и я, она желает падения Республики, но, кроме того, она также хочет противостоять мне, что со временем будет стоить ей жизни, но лишь после того, как миллионы прольют свою кровь, – ответил Помазанный.

– О ком вы говорите?

– Имя, которое ей дали при рождении, не важно, но в последние четыре года она появилась из мрака и приняла свой истинный образ. Это Пророчица.

Часть 2

КНИГА АЙСБЕРГА

ГЛАВА 8

Кремниевый Малыш, в новом красочном костюме и начищенных черных сапогах, вошел в таверну «В Конце Пути», подождал, пока за его спиной захлопнется дверь, и осмотрелся. Увиденное им даже превзошло ожидания того, как, по его мнению, должна была выглядеть Внутренняя Граница: игроки и шлюхи, горняки и авантюристы всех мастей – все как один при оружии, и каждый – настоящий или потенциальный убийца. «Синий шатер», по сути, находился в Республике; «В Конце Пути» же принадлежала именно тому месту, где находилась: торговому поселку на крошечной планете, расположенной на Границе и носящей имя Последний Шанс.

Он снова окинул взглядом помещение, в котором оказался, с радостью отметив, что некоторые из завсегдатаев бросали в его направлении любопытные взгляды, и удовлетворенно кивнул головой. Наконец он подошел к бару.

– Что будешь пить? – спросил Айсберг и, прихрамывая, направился к Малышу, чтобы обслужить его.

– Пиво.

– Вижу, ты только что прибыл.

Айсберг подставил пустой стакан под кран, пробурчал: «Лейся», – подождал немного, приказал крану закрыться и подвинул стакан к Кремниевому Малышу.

– Что‑нибудь вдогонку? – спросил Айсберг.

– Нет, одно пиво, и все, – сказал Малыш, выложив на стойку бара несколько шестиугольных монеток и подвинув их бармену, внимательно глядя на Айсберга.

– Какие‑нибудь проблемы? – спросил тот, подозрительно посмотрев на Малыша.

– Это странно, – ответил Малыш.

– Что именно?

– Черт побери, вы выглядите совсем не так, как, на мой взгляд, должна выглядеть живая легенда.

– Откровенность за откровенность: я вовсе не ощущаю себя живой легендой, – ответил Айсберг. – Но все же, любопытства ради, как, по‑твоему, должна выглядеть живая легенда?

– Не знаю, – ответил Малыш. – Но только не так, как вы. – Он помолчал. – Все же вы, должно быть, действительно настолько грозны, как о вас говорят, хотя бы потому, что сумели дожить до таких лет.

– Сынок, могу я дать тебе один маленький дружеский совет? – сказал Айсберг, внимательно изучая Малыша.

– Что за совет?

– Не знаю уж, действительно ли я настолько грозен, как говорят, или нет, но все же я достаточно грозен. – Он помолчал. – Ты этого не замечаешь, но в данный момент на тебя нацелены четыре пушки, так что мой тебе совет: не совершать необдуманных поступков. В противном случае, к моему глубокому сожалению, ты не проживешь долго.

– Четыре? – удивленно переспросил Малыш. Он еще раз огляделся вокруг.