Ну вот — уселись.

Командир роты медленно прошелся вдоль транспортного отсека очень внимательно проверяя как факт крепления крюка, так и общий облик бойцов. Чтобы глаз вскользь ни к чему не прицепился. Так-то он за время полета уже раз десять внимательно осмотрел каждого. И кое-что даже умудрился выявить. И исправить. Но все равно. Перед выходом — осмотр. Мало ли?

Все молчали.

Никто не хотел привлечь к себе лишнее внимание.

Бойцы сидели, откинувшись на спинку индивидуального кресла и собирались с мыслями. Да и с духом. Ведь страха перед такими испытаниями не испытывает только совсем уж отбитый. Отмороженный. А таких там не держали, ибо не предсказуем, да и, по сути, неадекватен. Ибо отсутствие страха — это психическое расстройство, которое редко ходит в одиночестве…

Наконец пикнул зуммер переключателя. И загудела не очень громкая, но отчетливо слышная на весь самолет сирена.

— Пошли! — рявкнул командир роты, который уже к тому времени стоял у десантного люка. Открытого. И держась за поручень смотрел на часы.

И бойцы пошли.

Один за другим.

Никому не мешая, не толпясь, но и не мешкая. Все-таки выход отрабатывался не только десятками высадок в воздухе, но и тысячами тренировок на земле. Чтобы вбить в бойцов на уровне рефлекса правильное поведение при десантировании. По схеме «собачки Павлова». Дабы волнение не привело к какой-либо ошибке. В таком деле ошибки не нужны, ибо цена им — жизнь. И жизнь дорогая, ибо Союз в тренировку и подготовку каждого бойца ВДВ вложил очень и очень приличные ресурсы.

Это была элита.

Настоящая, серьезная элита, в которую не пожалели и вложились от души. Не ССО, конечно, но даже близко не сравнимо с лучшим линейными частями. Даже штурмовики заметно уступали по личным данным и выучке этим ребятам…

Высадка производилась в районе Куовола, что севернее Котки. С тем, чтобы перерезать единственную железнодорожную ветку, ведущую с Карельского перешейка к столице. Ведь именно в столице — в Хельсинках, или, как в Союзе продолжали упорно с подачи Фрунзе говорить — Гельсингфорсе, находились основные склады с запасами продовольствия, топлива и боеприпасов, без которых карельская группировка не сможет долго протянуть.

Вместе с самими бойцами ВДВ кидали им 20-мм и 13-мм крупнокалиберные винтовки, 60-мм и 80-мм минометы и прочее легкое вооружение. Достаточное для организации устойчивой обороне в городке.

Саму Куоволу никто толком не защищал. Да и зачем? Этот город находился в глубоком тылу. Там и гарнизона-то особо не держали. Просто горстка старых ветеранов, не годных к строевой службе. Да с таким вооружением и запасами боеприпасов, что им даже толком на свадьбу не пошуметь, не то что воевать.

Десант предваряла подготовка.

На рассвете перед десантными самолетами вылетели группы Р-1МБ с подвесными пусковыми установками НУРСов. Которые по корректировке болтающихся высоко в небе разведывательных дирижаблей выжгли немногочисленные силы ПВО. Формируя тем самым коридор.

Строго говоря ПВО имелась только в городе Котка, где оно прикрывало береговые батареи и порт. Ну и в самом Куовола, закрывая железнодорожный узел. И ПВО эта было весьма посредственным. Все-таки глубоко второстепенное направление.

Тем более сказался фактор привыкания.

Советские самолеты уже который месяц болтались над Финляндией. И все уже к этому привыкли к бесконечным воздушным тревогам. А так как обычно за ними ничего не следовало, то их уже воспринимали как некую особенность местной природы. Белый шум. И почти что никак не реагировали. Так что большинство расчетов ПВО даже не заняло своих позиций…

Десант был произведен рано утром.

Прямо на рассвете.

Красиво.

С достаточно большой высоты, чтобы все сумели разглядеть со всех сторон — вон — парашютисты.