Гэндзи встал в противоположном углу ринга и смотрел на меня, улыбаясь уголками рта. Когда прозвенел гонг к началу боя, он похрустел суставами и спокойным шагом направился к центру ринга, даже не поднимая рук. Я осторожно приблизился, глядя ему прямо в глаза, а боковым зрением отслеживая движения рук и ног. Гэндзи спокойным размеренным шагом пошел по кругу, так и не поднимая рук. Как мне в ухо прилетел первый удар, я даже не понял. В ухе зазвенело, и я почувствовал, как оно раздувается. Такое впечатление, что он легко мог бы вырубить меня одним ударом, но сначала решил поиздеваться.

Я стал двигаться в разы быстрее и аккуратнее. Следующий удар я заметил вовремя и уклонился. Гэндзи вскинул брови и скривил губы. Кажется, он был приятно удивлен, что соперник оказался не тюфяком. Хорошего соперника приятнее бить, чем лопуха. Потом еще пара ударов, от которых я уклонился в последний момент. Один раз его кулак скользнул по моей щеке, второй по лбу. Он уже понял, что со мной будет не так уж и просто, и приготовился к серьезному бою, подняв кулаки на уровень лица.

Дальше все пошло не в мою пользу. Скорость ударов и блоков у него была на очень высоком уровне. Бил он не в полную силу, но удары все чаще достигали своей цели. Мое лицо уже во всех местах жгло и пухло. Завтра меня просто не узнают. Но выводы делать рано. Скорее всего, меня не узнают уже сегодня. Удары все сыпались. Пару раз я уловил удачный момент и рассек ему бровь. Это его явно взбесило и удары, которые проходили мою защиту, стали более весомыми. После пропущенного прямого в глазах потемнело и ноги подкосились. Я упал на колени и получил прямой удар ногой. Свет померк.

Когда открыл глаза, как думаете, что я увидел? Правильно, белый потолок лазарета. За неполный месяц жизни в новом теле, здесь уже в третий раз! Может, мне вообще сюда переехать? Какой смысл в общаге, здесь уже как дома. Утреннее солнышко едва поднялось над горизонтом и розовый свет залил палату приятным теплом. Я вспотел и был весь мокрый. Резким движением откинул одеяло. Руки, лицо и грудь саднили тихой болью. Во время боя я не чувствовал всех ударов, что мне достались, зато теперь в полной мере. Ничего, скоро придет Мэдока и подлатает. Хотя зачем мне его ждать? Мы, как говорится, и сами с усами. Несмотря на боль и ломоту от ушибов и гематом, сел в позу лотоса и прислонился спиной к стене. Можно было и лежа, но так мне удобнее.

Энергетические потоки полились в мое многострадальное тело. В первую очередь я занялся переломами костей пальцев, потом ребра. Сколько же он нанес мне повреждений? Он не торопился победить, методично меня избивал и только теперь я это понял. А когда уже надоело избивать, вырубил.

Переломы быстро начали срастаться, гематомы и отеки уменьшились, боль отступила. Медитация окончена, я просто отдыхал с закрытыми глазами, когда дверь в палату открылась. Я открыл глаза и увидел перед собой ту самую сексапильную соловушку.

– Доброе утро, Акиро! – прощебетала она. – Как твое самочувствие?

– Да так, средне, – прохрипел я. – Бывало и лучше.

– Сможешь встать? Мне нужно тебя осмотреть, чтобы записать.

– Сейчас попробую.

Ноги не болели, видимо туда он не бил. А вот два начинающих заживать ребра стесняли движения, но встать я смог. Что характерно, я опять был абсолютно голый. А передо мной эта бестия, выдающиеся достоинства которой не могли скрыть даже монашеские одежды медсестры лазарета. Она оглядывала меня со всех сторон, а я пялился на ее грудь, которая колыхалась под свободной хламидой.