– Одного тебя там примут не хуже, чем тебя вместе со мной, – заверил Орекс. – Но если за вами гонятся яйцеголовые, то можешь быть спокоен, – я иду. Мы предупредим всех в Херекуше и устроим выродкам хорошую встречу на Дальних рубежах.

Конечно, я заранее знал, как он отреагирует. Орексу не нужно других причин для союза с нами, кроме двухсот ибогалов у нас на хвосте. А когда яйцеголовые окажутся у Дальних рубежей, старейшинам Херекуша волей-неволей придётся признать, что время войны уже настало.

– Когда выступаем? – осведомился Орекс, распрямляясь во весь свой немалый рост. – Я готов.

– Не так быстро, брат мой, – остановил его я. – Сперва пополним припасы и дождёмся Имхотепа.

Конечно, мне далеко до мудрости нукуманских старейшин, однако в стратегии я тоже кое-что соображаю. И тоже не прочь получить поддержку кийнаков – особенно таких, которые сами этого хотят.

Глава 20

Мы отдыхали весь день. Ночь прошла без происшествий. Наутро я чувствовал себя совсем хорошо: ссадины на груди затянулись, опухоль на лице исчезла. Генка сказал, что он тоже в норме. Лапа Тотигая ещё давала о себе знать, но ему для добычи провианта не придётся далеко бегать. Он вместе с Орексом оставался промышлять в Бродяжьем лесу, обеспечивая пропитание додхарской части нашего отряда, Бобел должен был стеречь лагерь, а мы с Генкой отправились через Границу на Землю. Ждан – страстный любитель рыбалки – уже успел изготовить поплавки из перьев грифа, укомплектовал новые удочки грузилами и крючками из моего запаса, дополнив этим уже имевшуюся у меня снасть, и мы вышли.

В Бродяжьем лесу лёгкий туман висит под деревьями до полудня, а по утрам он просто непроницаем, особенно вблизи болот. Но когда мы перешли Границу, Старая территория встретила нас такой пеленой, какой я не видал и на Додхаре. Не без труда сориентировавшись, я направился к реке. Промахнуться мимо неё было невозможно, я лишь не хотел пустых блужданий. Мы находились примерно в двух тысячах шагов от берега и вдвое дальше от моего любимого рыбачьего места. Ближе Границу пересекать было небезопасно, поскольку там, где на Земле неспешно катил свои воды внушительный поток, на Додхаре находилась лишь длинная цепь небольших озёр в заболоченной долине. При таких природных несоответствиях к Границе лучше не подходить, иначе даже не успеешь пожалеть о своём любопытстве. Но мальчишкой я подбирался к ней в этом месте с обеих сторон достаточно близко, чтобы всё рассмотреть подробно. На Старой территории текла широченная река; на Додхаре же она пропадала бесследно.

Я так до сих пор и не понял, куда девается вся вода из реки. Это же десятки кубических километров за год! Знаю лишь, что на следующей Старой территории река благополучно продолжается, вытекая прямо из стоящей на додхарской стороне горы ещё более полноводной. И если Потерянная земная территория, взамен которой у нас теперь кусок Додхара с Бродяжьим лесом, провалилась на Парадиз, то логично предположить, что и недостающая часть реки ухнула туда же.

Много лет назад большая компания умников, поделившись на две части, проводила интересный эксперимент. Одна группа кидала запечатанные бутылки с посланиями в воду в том месте, возле которого сейчас находились мы с Генкой, и перекидали их умники, наверно, целый грузовик. Вторая группа раскинула сети на соседней Старой территории. Они как считали: или послания получат люди, оказавшиеся после Проникновения на Парадизе, – тогда они смогут ответить, и можно будет наладить с ними связь; или бутылки вынырнут по ту сторону куска Додхара. Думаю, умников больше занимал первый вариант. Но и второй им был интересен, поскольку тогда они открывали безопасный способ скрытных путешествий транзитом – через додхарские земли по несуществующим на них земным рекам.