|
При всех своих недостатках кастовая структура придает горианскому обществу стабильность - ведь в таком обществе каждому находится место, труд каждого почетен, каждый с уверенностью смотрит в будущее. Есть на Горе и кланы - их членов связывают узы кровного родства. По обыкновению браки совершаются между членами одной касты - поэтому в основном кланы вписываются в кастовую структуру. Но кланы и касты - не одно и то же. Например, в один клан - пусть изредка - могут входить члены разных каст. Многие гориане считают клан родственной группой внутри касты. И во многих практических смыслах так оно и есть. По крайней мере, особого вреда в такой точке зрения нет. Довольно прочно привязанные к определенной местности, кланы обычно тесно связаны с конкретным городом. Касты же административных границ не знают. Рассказывая о Горе, нельзя не упомянуть о Домашних Камнях. Домашний Камень - вот что прежде всего отличает горианина от землянина. Тому, у кого никогда не было Домашнего Камня, ни за что не понять, как много значит он для горианина. Словами этого не выразишь. Пожалуй, не буду и пытаться. Скажу одно: самое печальное в людях Земли то, что у них нет Домашних Камней.
- Как тебя зовут, птенчик? - спросил меня Туп Поварешечник. - Моему хозяину было угодно назвать меня Диной, - ответила я. - Раз хозяину было угодно назвать тебя Диной, значит, ты и есть Дина. - Да, хозяин! - поспешно согласилась я. У меня и в мыслях не было намекать, что меня могут звать как-то по-другому! Мелина сверлила меня глазами. - Я Дина! Только Дина, рабыня моего хозяина! Четыре эти буквы - горианские ли, английские ли - и означали мое имя. Полное и единственное. Это решает хозяин. - Симпатичная Дина, - обронил Поварешечник. - Спасибо, хозяин, - потупилась я. - Берешь? - Медине не терпелось. - Руки грубоваты. - Он провел большими пальцами по моим ладоням. Я вздрогнула. - У тебя грубые руки, Дина. - Я крестьянская рабыня, хозяин. Копай, стирай, тяжелую мотыгу таскай - еще бы руки не огрубели! Он все водил по моим ладоням пальцами, прижимая их все крепче. Я закрыла глаза, припала к столбу. - Немного крема, - рассуждал он, - и станут помягче, в самый раз, чтоб ласкать мужчин. - Да, хозяин. Господи, а что бы я чувствовала, будь ладони мягче! - Ну, предлагай цену за эту сучку, - поторапливала Мелина. Его рука коснулась моей шеи, палец протиснулся под веревочный ошейник, чуть оттянул его в сторону. - На тебе ошейник из веревки. Жесткий, наверно? - Что нравится моему хозяину, - проговорила я, - то и мне нравится. - Лжешь свободному мужчине? - О нет, хозяин! - вскричала я. Конечно, носить веревочный ошейник - радости мало. Но я - рабыня. Турнус - мой хозяин. И естественно, я в лепешку расшибусь, лишь бы ему угодить. Если так ему угодно - значит, должно и меня устраивать. Мое дело - угождать. В том-то и суть: я получаю удовольствие, доставляя удовольствие Турнусу. Иначе мне смерть. Мне нравится угождать ему. В этом - высшее наслаждение для рабыни. - Угодить старается. Ну, не хочется тебе ее голую в меха затащить? - подначивала Мелина. - Задешево отдам. - Как дешево? - поинтересовался Туп. - Дешево. - А Турнус знает, что ты ее продаешь? - Какая разница? Я - свободная женщина. |
