|
Старик Фушар неодобрительно покачивал головой и продолжал хаять товар, заявляя, что мясо слишком залежалось. Войдя с тремя стрелками в дом, он в заключение сказал: - Ну, в конце концов придется им взять, что дают... Хорошо, что в Рокуре не найти ни кусочка мяса. А когда проголодаешься, ешь что попало, правда? В глубине души он был очень доволен и позвал Сильвину, которая уложила спать Шарло. - Принеси-ка стаканы! Мы выпьем за то, чтобы Бисмарк поскорей сдох. Старик Фушар поддерживал хорошие отношения с вольными стрелками из лесов Дьеле; уже почти три месяца стрелки вылезали в сумерки из непроходимых чащ, рыскали по дорогам, убивали и грабили пруссаков, которых им удавалось застигнуть врасплох, а когда не хватало этой добычи, нападали на фермы и взимали дань с французских крестьян. Стрелки были бичом деревень, тем более что при каждом нападении на неприятельский обоз, при каждом убийстве часового немецкие власти мстили соседним поселкам, обвиняли жителей в соучастии, налагали на них штрафы, арестовывали мэров, сжигали лачуги. И крестьяне охотно выдали бы Самбюка и его банду, но боялись, что в случае неудачи их пристрелят на глухой тропинке. Фушару пришла замечательная мысль - вести с ними торговлю. Они обходили всю область, забирались в канавы, в хлева и стали для него поставщиками дохлого скота. Каждого вола, каждого барака, который околевал где-нибудь на три мили в окружности, они похищали ночью и приносили старику Фушару. А он платил припасами, чаще всего хлебом, который Сильвина пекла именно с этой целью. Старик совсем не любил вольных стрелков, но втайне восхищался этими ловкими молодцами, которые обделывали свои дела и плевали на всех; он богател на сделках с пруссаками, но исподтишка злорадно посмеивался, когда узнавал, что на краю дороги нашли еще одного зарезанного пруссака. - За ваше здоровье! - сказал он, чокаясь со стрелками. Вытерев губы рукой, он продолжал: - И подняли же они бучу, когда подобрали под Вилькуром тех двух улан без головы... Знаете, Вилькур со вчерашнего дня горит... Они говорят, что деревню сожгли в наказание за то, что она вас укрывала... Будьте осторожны и подольше не выходите из леса! Хлеб вам принесут туда. Самбюк только ехидно хихикал и пожимал плечами... Ну и пусть их побегают! Вдруг он обозлился, ударил кулаком по столу и воскликнул: - Проклятые! Уланы, это еще что! Мне хочется зацапать другого, вы его хорошо знаете, шпиона, что служил у вас... - Голиафа, - подсказал старик Фушар. Сильвина, которая принялась было за шитье, оставила, работу и с волнением прислушалась. - Да, да, Голиафа!.. Экий разбойник! Он знает леса Дьеле, как свои пять пальцев, он может не сегодня-завтра нас выдать; еще нынче он хвастал в трактире Мальтийского креста, что расправится с нами на этой неделе. |
