Loading...
Изменить размер шрифта - +

    — Жить необязательно, — сказал я, — а вот плавать… так?
    — Золотые слова, — сказал он горячо. — Плавать — это… я не могу даже сказать, это больше, чем жить. Посмотрите на «Ужас Глубин», разве

есть что-то прекраснее, чем каравелла под всеми парусами?
    Глаза стали масляными, а губы сложились трубочкой, вот-вот засюсюкает. «Ужас Глубин» идет впереди против солнца, и оно то скрывается за

туго натянутыми парусами, делая их обжигающе пурпурными, то неожиданно находит между ними щель и остро бьет по глазам. В такие мгновения

весь мир вспыхивает, уходит ощущение реальности, мы плывем не то по волнам, не то по облакам…
    «Ужас Глубин» гордо несет две мачты, а «Богиня Морей» — три, но все равно та и другая — малые каравеллы, о чем, конечно, Ордоньесу не

скажу. Огромными кажутся только потому, что все так называемые корабли нашего побережья — это просто лодки с одним-единственным парусом.
    Правда, драккары викингов ухитрялись ходить даже через Атлантику в Новый Свет, но уж не знаю, сколько выходило в путь и сколько

доплывало, к тому же викинги никогда не дрались на море, не умели просто, а для нашего флота драться — это жить.
    Прежде чем торговать с Югом, дорогу надо расчистить. Да и для вторжения хорошо бы промести перед собой океан, чтобы вместе с кораблями

не погиб и цвет крестоносного рыцарства.
    На этой каравелле пятьдесят два человека, хотя стандарт для таких судов — сорок, однако после гибели остальных кораблей остатки

поредевших экипажей Ордоньесу пришлось перебросить на эти два оставшихся.
    У обоих длина по двадцать ярдов, ширина — шесть, осадка — чуть больше двух, а перевозить могут шестьдесят тонн, что позволит решать

ого-го какие задачи…
    Ордоньес, словно угадал мои мысли, сказал тепло:
    — Нам для короткой разведки хватит и двух каравелл. Это же настоящие гиганты, не так ли, милорд?
    — Если сравнивать с лодчонками пиратов, — сказал я, — то да.
    Он покосился, уловив нечто недоговоренное, но смолчал. Третий корабль, «Синий Осьминог» сейчас старательно ремонтируют в бухте

Тараскона, заодно на практике постигая секреты пропорций большого корабля.
    Я дал указание мастеровым сделать чертежи, но даже Ордоньес пока не догадывается, что в моих планах на самом деле есть что-то еще,

помимо ремонта и попытки построить такую же каравеллу своими силами.
    Ордоньес остался на мостике, я начал спускаться вниз, по ходу услышал смешки матросов, кто-то спросил:
    — Ну почему Господь Бог не создал человека с жабрами?
    — Зачем?.. — спросил другой голос. — Хотя да, понятно. Ты бы убежал с корабля к этим морским девам?..
    — Не убежал бы, — возразил другой голос, — а так… сплавал бы пару раз. Или больше.
    — Как тебе не стыдно, бабник.
    — Не всем же так везет, — возразил им третий голос, — как нашему лорду! К нему бабы сами слетаются…
    Суровый голос посоветовал:
    — Прикуси язык. Он лорд, понял?
    — Ну…
    — Станешь лордом, — произнес тот же голос, — и к тебе прилетят. А пока на тебя слетаются только навозные мухи.
    Уже знают, мелькнула сердитая мысль.
Быстрый переход