Эльза нашла глазами Тельрамунда. Он ответил на её взгляд и сквозь густой загар на лице рыцаря проступил румянец. Луи, заметив это, слегка усмехнулся, но Фридрих посмотрел на него с таким бешенством, что веселье шутника тотчас улеглось.

Покончив с завтраком, путешественники принялись обсуждать свои дальнейшие планы. Однако вначале Эдгар попросил герцогиню рассказать, но теперь спокойно и внятно, что же с ней приключилось в Брабанте. И Эльза поведала рыцарям о капище, устроенном под старой башней, о келье с приделанными к стене кандалами и о том, как они с Ингеборг решились на бегство. Про волков можно было не рассказывать – их все и без того видели, а пережить ещё раз, хотя бы и мысленно, те жуткие мгновения у герцогини не было сил.

Когда она умолкла, остальные обменялись выразительными взглядами и некоторое время тоже молчали.

– После того, что мы узнали, – заговорил наконец Луи Шато Крайон, – можно сделать два предположения: или нас (с помощью герцогского шута, либо, может быть, крестьянина Клауса) ввели в заблуждение, и Ричарда увезли вовсе не в Гогенау, а прямо в Брабант, или же замок близ Антверпена – временное место заключения.

– Я думаю – первое можно отбросить, – подумав, заметил Седрик. – У Парсифаля не могло быть уверенности в том, что мы вновь встретимся с Клаусом. А вот второе предположение я бы принял: капище нужно тамплиерам ненадолго, скорее всего, ради одного какого то дня, о котором тогда, возле Дюренштейна, говорили император с колдуном. И, возможно, они хотели сразу туда и повезти пленника, даже темницу с цепями приготовили. Но наша настойчивость их насторожила – они наверняка знали, что мы не убрались из Австрии и по прежнему наблюдаем за замком герцога Австрийского. Вот Парсифаль и решил не только сбить нас со следа, послав вначале обманный отряд, но и запутать подлинный след. Точно, как заяц!

– Но теперь, – вставил Луи, – мы хотя бы знаем, где этот след должен закончиться. И уже нет сомнения в том, что они собираются сделать с Ричардом. Они его убьют!

– Это мы все и прежде понимали, – Фридрих говорил глухо, будто сдерживая ярость. – Но теперь ясно – не просто убьют, а принесут в жертву. Я и раньше был почти уверен. Братья Грааля приносят жертвы сатане.

– Будь они прокляты! – взорвался Эдгар. – И как теперь быть?

– Прежде всего убедиться, что в настоящее время король действительно в замке Гогенау, – Седрик Сеймур один из всех казался совершенно спокойным. – Если это так, тогда главное – не допустить, чтобы его оттуда увезли. Взять цитадель мы не сможем – я знаю эту твердыню, там целая армия понадобится.

Снова наступило мрачное молчание, во время которого каждый придумывал какой то план освобождения узника и тотчас его отбрасывал – все понимали, насколько это трудно.

– Хорошо во всём этом лишь одно, – продолжил Седой Волк. – А именно то, что они ни в коем случае не убьют Ричарда до наступления того самого дня, о котором говорил Парсифаль. Поэтому нам так необходимо знать, что же это за день. И очень возможно, один из нас мог бы это вспомнить.

– Я? – Фридрих посмотрел на старого рыцаря и покачал головой. – Полжизни отдал бы за то, чтобы прояснить свою память! Но в годы моего общения с тамплиерами всё это казалось такой чепухой... Я думал, они просто бредят!

– Но из за этого бреда, который вы слышали и могли запомнить, вас уже не раз пытались убить, – напомнила Мария. – Значит, вы им очень опасны, господин барон! Попытайтесь, а! Хоть бы знать, сколько времени у нас ещё в запасе.

Тельрамунд покачал головой:

– Если бы я мог, я бы вспомнил.

– А мне всегда казалось, что вы вообще ничего не забываете! – вдруг молвила Эльза и, покраснев, опустила голову.