Но между тем, если не брать в расчет редкие примеры, со всей определенностью можно утверждать, что этого не произошло.

Способны ли вы объяснить мне этот парадокс с точки зрения Человека?

— Как археолог, не могу, — покачала головой Брис. — Но, наверное, археология и не призвана ответить на этот вопрос.

— А что тогда лучше подходит для этого?

— Наверное, антропология или психология, а быть может, и философия. Скорее всего ответ на такой вопрос нельзя дать в рамках одной науки. Прежде всего Человек с самого начала был существом плотоядным, таковым он остается и поныне, хотя и отрицает это. Условия его обитания на древней Земле требовали развития либо невероятных физических качеств, либо ума. Эволюция не может быть беспричинной, и в данном случае ее основой явилась необходимость выработать в себе что‑то, что заменило бы не слишком выдающиеся физические данные. И у Человека начал развиваться мозг. И вот настал день, когда он изобрел оружие, которым стал убивать животных, дабы поддержать свою жизнь. Многие из нас считают, что именно это и определило всю нашу историю.

— Но такой путь вовсе не обязателен, — возразил Милнор. — Ведь в Галактике немало других плотоядных рас.

— Верно, — согласилась Брис. — Как я уже говорила, это только часть ответа, лишь один из факторов, повлиявших на судьбу нашей расы.

— А как же религия и все гуманные философские системы, созданные людьми?

— Но ведь религия служила людям не только духовной опорой, но и грозным оружием. Она предлагала Человеку всеобъемлющее объяснение непостижимых вещей и тем самым поддерживала его в трудные моменты. И в то же время именно религия помогала таким людям, как Моисей, разделять и властвовать.

— Это понятно, но почему люди потеряли веру?

— Трудно сказать. Но каждый раз, когда Человек достигал какой‑то новой вершины, он терял часть своей веры. Так, например, научившись передвигаться по воздуху, он перестал восхищаться птицами, и умение летать превратилось из волшебства в самую обыденную вещь. Страница за страницей Библия перерождалась из Великой Книги просто в красивую поэзию. А если вас интересует, как мы утратили свои этические нормы, то здесь я ничего не могу сказать. Возможно, когда Человек полетел к звездам, он счел себя равным Богу, а значит, и свободным от выполнения его заповедей.

— Но люди нарушали заповеди и на Земле, — заметил чужак.

— Да, это так, — вздохнула Брис. — Наверное, библейские законы были придуманы для более совершенных созданий. А Человек ох как далек от совершенства.

И вообще, если бы я знала все ответы, то не прилетела бы сюда.

— Понимаю, — кивнул головой Милнор. — Если вы скажете мне, какой период вас интересует больше всего, то, возможно, я смогу вам хоть немного помочь и покажу наиболее многообещающие для раскопок места.

— Очень любезно с вашей стороны, — поблагодарила Брис, — но, по правде говоря, я сама еще не знаю. Моя раса терпит поражения по всем фронтам, она уже растеряла почти все, что имела. Человек гибнет. И я хочу понять, почему. Я хочу знать, что заставило нас пройти весь этот путь и как вышло, что сначала мы взлетели на самую вершину, а потом рухнули в пропасть. Если вы можете указать какую‑нибудь точку во Вселенной и сказать: «Копайте здесь и вы поймете, что сделало Человека Человеком!», то я буду обязана вам до конца дней своих. Но такое вряд ли возможно.

— Увы! — развел руками чужак.

— Тогда мне стоит положиться на госпожу удачу! — Брис втянула в себя свежий холодный воздух. — Вы знаете, что, быть может, как раз на этом самом месте когда‑то находился Эдемский сад? — Она откинула прядь волос.