— Дальше мы не сможем проехать верхом, — предупредил Траскотт, подъезжая к густому подлеску у самых утесов.

— Вы не против, если мы пройдемся пешком к обрыву?

Уолтер безразлично пожал плечами. Передав поводья лошадей груму, Траскотт повел свою спутницу к просвету в низких зарослях.

— Тут есть узкая тропинка, которая тянется вдоль утесов.

Траскотт отвел в сторону ветку дерева, освобождая дорогу.

Миллисент прошла по тропе и почти сразу же оказалась у самого обрыва. Она бросила взгляд вниз и ужаснулась так, что желудок свело мучительной судорогой. Далеко внизу виднелись скалы. Часть из них круто поднималась вверх, плотно прилегая к утесам, другие острыми шипами выступали из воды. Пенный поток стремительно прокладывал себе дорогу между камнями, и мелкие водяные капли дрожали в воздухе белым маревом.

— Здесь всегда такое сильное течение?

Уолтер взял Миллисент под руку и заставил отойти от края пропасти.

— Река здесь и вправду быстрая, но в этом году выпало много дождей, так что вода поднялась, поэтому течение усилилось.

Миллисент посмотрела на скалы внизу и представила себе Лайона таким, каким его впервые привезли в Мелбери-Холл. Перед ее глазами возникло безжизненное тело Эммы.

— Это то самое место, где их нашли?

— Нет. — Уолтер махнул рукой, указывая направление вниз по течению реки. — Чуть меньше полумили в ту сторону, у излучины реки. Там в скалах есть довольно крутой спуск на небольшой каменистый берег. Тело Эммы нашли прямо на скалах, а Эйтон, должно быть, пытался спуститься по отвесной стене, сорвался и упал.

Миллисент испытала облегчение, не заметив в голосе Траскотта обвиняющих ноток. С востока подул холодный ветер, и леди Эйтон обхватила себя руками за плечи, пытаясь согреться.

— Кто их нашел?

— Это был Пирс. — Миллисент бросила робкий взгляд на мрачное лицо Уолтера. — Вы еще не знакомы с остальными членами семьи. Пирс — средний брат, он на три года моложе Эйтона. Потом идет Дейвид, самый младший из трех братьев — Эйтон обычно не говорит о них, не так ли?

— Он упоминал только имя Пирса, когда речь зашла о Баронсфорде.

— Те бумаги, которые подписал Эйтон, отказываясь от своих владений в пользу брата, не имеют никакой силы, как мне кажется. Со стороны Пирса так и не последовало обычного в таких случаях подтверждения. Ему не нужен Баронсфорд. Думаю, он в любом случае отказался бы принять такой дар.

Миллисент меньше всего интересовало, кто является подлинным владельцем имения. Она думала лишь о том, что семья Лайона оказалась расколота.

— Когда братья виделись в последний раз?

— Они не встречались со дня смерти Эммы, — ответил Уолтер, — но я уверен, что трещина в их отношениях появилась намного раньше.

Миллисент очень хотелось узнать причину, но она удержалась. В конце концов, сама она тоже не поддерживала близких отношений со своими двумя старшими сестрами. И она еще ничего не рассказывала Лайону о том, почему в их семье возникло подобное отчуждение. Нет, ответы на вопросы, которые так и вертелись на языке, должен был дать муж.

Они медленно побрели вдоль края утеса.

— Как вы думаете, что случилось с Эммой? Она поскользнулась и упала?

— Нет, я уверен, что ее столкнули. Миллисент резко обернулась к Траскотту.

— Кто это сделал?

Уолтер пожал плечами и покачал головой.

— Но вы ведь не верите, что это сделал Лайон? — воскликнула Миллисент.

— Нет, он давно смирился с характером жены и два года сносил ее выходки.