За спиной она слышала возбужденные голоса гостей. Стоило ей уйти, как все тут же принялись громко обсуждать увиденное. Леди Эйтон вошла к себе в спальню, сотрясаясь от рыданий.

— Я позабочусь об этом ангелочке, миледи. Вы должны переодеться.

Экономка с нежностью взяла в руки младенца. От ласковых слов и участливого выражения лица Миллисент разрыдалась еще сильнее.

Заботливые руки служанок стянули с леди Эйтон мокрую одежду, переодели, потом начали причесывать. Она лишь покорно повиновалась, думая о том, как удалось Лайону сгладить неловкость, вызванную эксцентричным поступком его новой жены. Интересно, как он объяснил ее поведение?

«Надеюсь, ты понимаешь». Миллисент вновь охватила дрожь. Расшитое серебром платье мерцало и переливалось в пламени свечей. Леди Эйтон задумчиво сидела перед зеркалом, пока служанка проворно укладывала ее волосы в изящную прическу.

— У нас на кухне есть кормящая мать, ее малышу два месяца, так что у девочки будет вдоволь молока, — успокоила Миллисент миссис Макалистер. — По-моему, эта кроха вот-вот проснется. Она хочет кушать, так-то вот.

Миллисент с благодарностью кивнула экономке, и та выскользнула из комнаты. Когда все шнурки, тесемки и ленты были затянуты, крючки застегнуты, волосы причесаны, служанки отступили от Миллисент, придирчиво оглядывая результаты своих трудов. Леди Эйтон взглянула в зеркало: можно было бы остаться довольной, но при мысли о том, что сейчас надо будет выйти к гостям, ее охватил ужас.

Раздался стук. Одна из служанок открыла дверь, и наступила напряженная тишина. Миллисент обернулась посмотреть, кто пришел, и окаменела. В дверях стоял Лайон. Леди Эйтон почувствовала, что задыхается, на глазах у нее показались слезы. Она протянула вперед руку, цепляясь за воздух, как будто комната вокруг нее внезапно начала вращаться. Служанки едва успели подхватить ее под руки. Когда леди Эйтон пришла в себя, она уже лежала на кушетке, а рядом с ней сидел Лайон, яростно рыча на служанок.

— Мне уже хорошо. — Миллисент взяла мужа за руку и, несмотря на его возражения, встала с кушетки. — Ты можешь стоять… Ты…

— Хотел сделать тебе сюрприз. Я вовсе не собирался тебя пугать, любовь моя. — Лайон крепко обнял жену.

— Как это произошло? Когда? — По щекам Миллисент катились слезы. — Должно быть, это сон.

— Это не сон. Позже я все тебе расскажу.

Леди Эйтон вспомнила о гостях. Она знала, как важен был этот прием, но не могла думать ни о чем, кроме удивительной новости. Лайон снова может ходить! Она крепко обхватила мужа, внезапно испугавшись, что он упадет. Но если кто-то из них двоих и нуждался сейчас в поддержке, так это она сама.

Миллисент сделала глубокий вдох и на мгновение задержала дыхание.

— Нам надо спуститься к гостям.

— Ты уверена, что тебе уже лучше?

— Да. Все хорошо.

Миллисент вытерла слезы и взяла мужа под руку. Теперь она была готова.

Глава 31

Еще две недели назад такая ночь была бы для Миллисент всего лишь призрачной мечтой. Но сегодня страхи и неуверенность в себе, преследовавшие ее всю жизнь, развеялись как дым. В бальном зале Баронсфорда леди Эйтон гордо стояла рядом с мужем, с легкостью поддерживая беседу обо всем на свете: от вопросов политики до условий жизни беженцев и тех мер, которые следует принять, чтобы помочь несчастным.