Временами Миллисент поражалась самой себе. Неужели это она может говорить так страстно и горячо? Все взгляды устремились на нее, но леди Эйтон это совершенно не смущало. Более того, ей было абсолютно безразлично, выражают ли пристальные взгляды гостей одобрение или осуждение. Она была счастлива оттого, что рядом с ней стоит ее муж, который откровенно гордился своей женой, а остальное для Миллисент не имело значения. Впервые в жизни она была довольна собой.

Но вот наконец замок опустел. Все приглашенные разошлись по своим комнатам или отправились по домам. И даже граф Дамфриз, самый первый гость, тоже решил откланяться. Проводив глазами карету Дамфриза, Миллисент повернулась к мужу и распахнула ему свои объятия.

— Ты была просто великолепна! — прошептал Лайон ей на ухо, крепко обнимая жену.

— А ты встал на ноги. — Миллисент изумленно взглянула на мужа. — Ты стоишь! Я все еще не могу в это поверить.

На второй этаж Лайона доставили слуги, но вниз он спустился сам. Когда лорд Эйтон вместе с супругой появился в бальном зале, среди собравшихся разнесся изумленный шепот. Леди Эйтон ловила на себе потрясенные взгляды. Исцеление Лайона казалось чудом.

— Не забудь, что я сам спустился по лестнице. Миллисент крепко сжала мужа в объятиях, стараясь не разрыдаться.

— Я никогда не забуду этот день. И давно ты от меня это скрывал?

— Силы постепенно возвращались ко мне. Я просто ждал, когда представится возможность показать, на что я уже способен. Мне хотелось ошеломить тебя. — Лайон с нежностью коснулся щеки Миллисент, стирая слезы. — Увидев, как храбро ты вышла сегодня в зал с ребенком на руках и оказалась перед этой стаей волков, я понял, что не могу больше ждать. Ты подала мне хороший пример. Я почувствовал, что должен решиться.

— Я люблю тебя, Лайон. — Миллисент поцеловала мужа. — Я всегда буду помнить этот вечер.

От ее заботливого взгляда не укрылось, что Лайон тяжело опирается на трость, и Миллисент немедленно сделала слугам знак.

— Ты ведь не собираешься усадить меня обратно в кресло?

— Оно понадобится нам только на время, чтобы подняться вверх по лестнице. — Миллисент понизила голос. — Это самый легкий способ поскорее добраться до нашей спальни.

— Что ж, в таком случае я смогу тебя еще кое-чем удивить. — На губах Лайона показалась озорная усмешка. — Жду не дождусь, когда мы снова останемся одни. — Лайон бросил на жену многозначительный взгляд, и она невольно покраснела. Уилл и Джон поставили кресло рядом с Эйтоном, и он сам, без посторонней помощи уселся в него. — Когда я смогу познакомиться с новым членом нашей семьи?

На этот раз Миллисент не смогла удержаться от слез. Лайон все понял. Ей не нужно было ни о чем просить его. Он уже и сам решил, что они воспитают этого ребенка как своего собственного.

— Я недавно заходила проведать девочку. Она была накормлена и сладко спала. Я попрошу миссис Макалистер принести ее к нам, если малышка не спит.

Лайон кивнул.

— Ты уже назвала ее?

— Я подумала, может быть, ей подойдет имя Джозефина? Ее мать звали Джо.

— Прекрасное имя.

Поднявшись на второй этаж, Миллисент направилась в свою гардеробную, где ее уже дожидалась Бесс. Миссис Макалистер предупредила, что малютка заснула. Его светлости лучше подождать до завтрашнего утра. Когда Миллисент вернулась в спальню, Лайон лежал в постели.

— Нам нужно воспользоваться случаем и как следует выспаться.