Вайолет огляделась и в дальнем конце улицы заметила повозку из Солгрейва, каждое утро доставлявшую молоко в Сент-Олбанс. Вай была хорошо знакома с кучером. Сунув девушке в руки корзинку с выпечкой и пачку газет, она быстро объяснила ей, что с ними делать.

— А когда выйдешь от пастора, скажи вознице, который ждет меня на площади, что мне пришлось уехать в Сент-Олбанс. Предупреди его, чтобы все в доме были настороже сегодня ночью, а не то случится беда, — добавила Вай.

— Я не могу сказать ему про Неда. Каменщик убьет меня.

— Просто передай ему то, что я тебе сказала, а имя Неда не упоминай. Я сама позабочусь о каменщике. Обязательно дай знать вознице, что в Мелбери-Холле затевается сегодня что-то недоброе. — С этими словами Вайолет повернулась и, подхватив юбки, побежала по улице догонять повозку.

Лайон предложил жене руку, помогая взобраться на подножку экипажа. Это был последний день пути. Они останавливались отдохнуть и обогреться в придорожном трактире. Миллисент неохотно передала малышку Джозефину няне, ехавшей в карете позади.

— Я всех согнала с насиженных мест, — тихо сказала Миллисент. — Да еще так скоро, почти сразу после нашего появления в Баронсфорде.

— Не вини себя. Мы ведь с самого начала собирались оставить Мелбери-Холл только на две недели. — Лайон решительно притянул к себе жену и крепко обнял. — В Баронсфорде мы сделали все, что было в наших силах, по крайней мере пока.

— Уолтер Траскотт сказал мне перед нашим отъездом, что настроения среди арендаторов сильно изменились, а в некоторых соседних поместьях даже кое-что изменилось к лучшему.

Лайон взял жену за руку.

— К сожалению, все эти перемены могут резко сойти на нет, когда какой-нибудь другой землевладелец решит заняться «очисткой имений». Доверие людей — вещь крайне хрупкая, но на то есть свои причины.

— А еще Траскотт попросил, чтобы я уговорила тебя разыскать Пирса и поговорить с ним, — нерешительно добавила Миллисент. — Ведь несколько месяцев назад ты подписал важные бумаги. Пока твой брат не предпринимал никаких действий, но он вполне может воспротивиться твоей воле и продать землю, а может, и сам произведет «очистку имений».

— Пирс никогда не сделает такого с Баронсфордом, — уверенно возразил Лайон. — Но мне действительно следует поговорить с ним. Только я не хотел, чтобы моя первая попытка восстановить отношения с братом превратилась в деловые переговоры о земле и наследовании.

Лайону нужно было серьезно обдумать, как найти верный подход к своему брату. И вовсе не для того, чтобы вернуть себе фамильные владения, заставив Пирса признать недействительным подписанный документ. Лайона нисколько не волновало, кто останется хозяином Баронсфорда. Он стремился лишь к одному — вновь завоевать любовь брата.

Миллисент вгляделась в опечаленное лицо мужа и нежно поцеловала его в щеку.

— Я знаю, ты все сделаешь правильно, — сказала она ласково, — я верю в тебя.

Вайолет стояла в темном углу трактира и наблюдала за Кранчем. Таверна была набита битком. Бродячий скрипач отчаянно наяривал джигу, а перед ним в потрепанной шляпе тускло поблескивало несколько жалких медяков. Визгливым звукам скрипки вторили громкие голоса подвыпивших мужиков, прерываемые громовыми раскатами смеха. В самой гуще толпы, крепко обнявшись, танцевали двое пьяных рабочих с кирпичного завода. Они весело хохотали, неуклюже натыкались на сидящих за столами товарищей и получали ответные тычки.

В одной руке Нед сжимал кружку с элем, а другой обнимал пухлую грудастую девицу. Глядя на него, Вай вдруг подумала, что молодой каменщик вовсе не так уж и красив.