Эту атмосферу разрушил кондуктор в форменном мундире, безупречном от блестящего козырька фуражки до начищенных башмаков. Холодный взгляд и сурово сжатые губы. Он был величествен, властен и подозрителен, как все кондукторы.

— Билеты, господа. Билеты из Огдена.

Саботажник протянул ему железнодорожный пропуск.

Глаза кондуктора округлились, когда он увидел имя в пропуске, и он почтительно приветствовал нового пассажира:

— Добро пожаловать, сэр!

НЕМНОГИЕ ИЗБРАННЫЕ

Глава 15

— Немедленно отведите меня в мое купе!

Исаак Белл сейчас устремится в конец поезда, чтобы проверить, кто это сел в последнюю минуту, но Саботажник собирался встретиться с детективом в им самим выбранном месте, в им самим выбранное время.

Кондуктор, подобострастный, точно придворный, прислуживающий принцу в горностаевой мантии, провел Саботажника по проходу вдоль ряда окон к купе в середине поезда, где тряска ощущалась меньше всего.

— Войдите! Закройте дверь!

Просторное помещение предназначалось для особых пассажиров железной дороги и было обставлено мебелью ручной работы, потолок обит кожей. В номер входили гостиная, спальня и отдельная мраморная ванна с кранами из чистого серебра. Саботажник бросил на кровать гладстоновский саквояж.

— Есть «интересные» в вашем поезде? — спросил он у кондуктора, имея в виду других важных особ. Вопрос он задал с уверенной улыбкой и вложил в руку кондуктору золотую монету.

Важному гостю Южно-Тихоокеанской дороги не нужно давать чаевые, чтобы получить подобострастие и роскошь. Но кондуктор трансконтинентального поезда, как и начальник службы снабжения океанского лайнера, может стать полезным соучастником и источником ценных сведений о могущественных пассажирах, пересекающих страну. Сочетание деланного дружелюбия с наличными окупается сторицей. И действительно, кондуктор отвечал охотно.

— Мистер Джек Томас, президент Первого национального банка, сел в Окленде вместе с мистером Брюсом Пейном, эсквайром.

— С адвокатом-нефтяником?

— Да, сэр. Как вы понимаете, мистер Пейн и мистер Томас очень дружны.

— Деньги и нефть быстро становятся друзьями, — улыбнулся Саботажник, побуждая кондуктора говорить дальше.

— От Сакраменто в поезде едут судья Конгдон и полковник Блум, угольный джентльмен.

Саботажник кивнул. Судья Конгдон вместе с Дж. П. Морганом перекупил у Эндрю Карнеги стальной трест. Кеннет Блум на паях с «Пенсильванской железной дорогой» владеет угольными шахтами.

— И мистер Мозер из Провиденса, владелец текстильных фабрик, чей сын заседает в сенате, сэр.

— Превосходный парень, — сказал Саботажник. — Экономические интересы отца в надежных руках.

Кондуктор улыбнулся, наслаждаясь близостью таких влиятельных плутократов.

— Я уверен, они будут польщены, если вы согласитесь поужинать с ними.

— Посмотрю, как буду себя чувствовать, — небрежно ответил Саботажник и едва заметно подмигнул. — Есть ли надежда на азартную игру?

— Да, сэр. Покер после ужина в номере судьи Конгдона.

— Кто еще на борту?

Кондуктор перечислял имена баронов скотоводов, горных магнатов и их обычного сопровождения юристов. Потом понизил голос и доверительно добавил:

— В Огдене прямо перед вами, сэр, сел детектив Ван Дорна.

— Детектив? Звучит волнующе. Не запомнили, как его зовут?

— Исаак Белл.

— Белл… Гм-м… Думаю, он не под прикрытием, раз назвал свое имя.