|
- Садитесь. - Лицо его было каменным. - Не очень-то хорошо вы справились, не так ли? Я уселся и посмотрел ему прямо в глаза: - Ну что там еще? - Если бы вы не забыли об этой бутылке в машине, Фрэнк сейчас был бы жив. - Вы так думаете? А я вам вот что скажу, мистер Бернстайн, пьянице пить не запретишь. Если бы не сейчас, это случилось бы позже. Бернстайн долго буравил меня взглядом, потом пожал плечами. - Я займусь делами миссис Маршалл, - сказал он. - Сколько Фрэнк платил вам? - Семьсот долларов. Он вынул бумажник, отсчитал семь стодолларовых бумажек и положил их на стол. - Я хочу, чтобы вы еще побыли здесь, Девери. Чтобы последили за домом, ухаживали за садом и приглядывали за праздношатающимися. Наверняка найдутся любопытные, которые ринутся сюда за сувенирами. Отгоняйте их. Я отвезу миссис Маршалл во Фриско. Моя жена позаботится о ней, а я тем временем улажу ее дела. Вы останетесь здесь, пока дом не продадут. Согласны? - Она что, продает дом? - спросил я, бросив на него взгляд. - Она больше не хочет здесь жить, и это вполне понятно. Да, она продает этот дом. - Что ж, хорошо, мистер Бернстайн. Я послежу за ним. Он кивнул: - Отлично. В дверях появилась Бет. В руках она несла дорожную сумку. Бернстайн вскочил со стула и забрал у нее сумку. - Девери согласился пожить здесь, миссис Маршалл, - сказал он масляным голосом. - Садитесь в машину. Я подойду через минутку. Я окинул взглядом Бет. Она казалась убитой горем, другого слова просто не подберешь. В руках она держала залитый слезами платок, которым постоянно промокала глаза. Бет, наверное, подержала его в воде перед тем, как спуститься к нам. Она выглядела потрясенной и опечаленной вдовой. Как актриса она превзошла бы Одри Хэпберн. - Благодарю вас за все, что вы сделали, - сказала она дрожащим голосом. - Мистер Бернстайн так добр и внимателен. Мы с Бернстайном проводили взглядом медленно идущую к двери Бет. Бернстайн забрал закрытый кейс Маршалла. - Увидимся на коронерском слушании, - коротко сказал он, кивнул, подхватил сумку Бет и пошел к машине. Я стоял у входной двери. Бет, прижимая к глазам мокрый платок, устроилась на пассажирском сиденье. Бернстайн завел двигатель и уехал. Итак, я остался в одиночестве. С этого момента меня не покидало инстинктивное ощущение, что меня обошли на повороте. Оно мне совсем не нравилось, но я никак не мог от него отделаться. Бет сказала, что сумеет справиться с Бернстайном, и она действительно прибрала его к рукам. Я полагал, что ближайшая наша встреча произойдет на коронерском слушании. Тогда мне нужно будет спросить у нее, где я смогу ее найти. Для меня было бы опасно покидать Викстед сразу после слушания. Мне придется оставаться на месте и ждать, когда будет продан дом, а уж потом перебираться во Фриско. Я провел невыносимо скучный день в большом опустевшем доме, всеми способами пытаясь убить время. Никто не звонил. Никто не приближался к дому. Наконец около шести часов мне стало тошно в одиночестве, и я поехал в Викстед. Припарковавшись, я вошел в бар Джо. Все были в сборе: Пиннер, Олсон, Мейсон и высокий тощий тип, которого я раньше не встречал. |
