Закрыт.

Ну конечно. Конечно, закрыт – и почему она об этом сразу не подумала? Кейли бы не уехала, оставляя такие ценные данные без защиты. Тельма осмотрелась в поиске чего-нибудь, чем могла бы взломать замок, но почти сразу откинула эту глупую мысль. Может, ключ где-то здесь? Вряд ли он где-то просто лежит. Она открыла средний ящик без особой надежды. Канцелярия, стикеры, хайлайтеры. Тельма провела пальцами по задней стенке. Всегда была призрачная вероятность, что ключ спрятан в каком-то секретном отсеке, но пальцы нащупали только что-то плоское, квадратное и твердое. Она не сразу поняла, что это, достала и увидела подставку под кружку. Тельма разочаровалась и уже была готова вернуть ее на место, но рисунок на подставке вдруг еще раз привлек ее внимание. Что-то знакомое было в этих ярких цветах. Она повернула его, на обратной стороне был приклеен стикер: Галерея «Ле Карн», Сейн-Джаст, Корнуолл. Ключа нет.

Только ради чувства выполненного долга она открыла третий ящик, глубокий – специально для папок.

Прямо сверху лежала красная картонная папка.

Бинго!

Тельма помолилась в благодарность, схватила папку и принялась за работу.

* * *

Лиз в это время чувствовала, что вся ее жизнь сжалась до гулкого, напуганного сердцебиения, отдающего в уши.

– Я заметила ребят внутри и подумала, что стоит проверить. Я заметила ребят внутри и подумала, что стоит проверить… – бубнила она, вращая головой из стороны в сторону. Но как бы она ни старалась, Бекки она заметила, только когда раздался звук хлопающей двери в коридоре. Та увидела Лиз, остановилась, вопросительно нахмурилась. Лиз уже было открыла рот, чтобы выдать заготовленную фразу, но не успела и слова сказать, как открылась дверь кабинета Кейли и оттуда вышла Тельма.

Тельма всегда любила фразу: «Для Господа один день как тысяча лет, и тысяча лет как один день»[39]. Три женщины замерли, изучая друг друга. Бекки не сводила глаз с Тельмы в дверях кабинета директора. Сирена продолжала выть. Момент действительно растянулся на тысячелетие.

Глава 30,

 В которой изучаются стилистические различия злости и гадости

– Она просто развернулась и ушла? – Пэт удивленно нахмурилась. Ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать группку вязальщиц за соседним столиком, которые смеялись намного больше, чем вязали. Это было утром следующего дня, они собрались в кафе на «кофеиновую летучку», как ее назвала Пэт.

Лиз кивнула.

– Я выдала отрепетированную фразу, мол, увидела ребят. Бекки просто мотнула головой, развернулась и вышла на улицу. Мы пошли за ней и встретились с тобой.

– Она точно видела, как ты выходила из кабинета миссис Брильяшки?

Тельма кивнула.

– Я буквально стояла в дверях.

Пэт откусила привезенное из Топклиффа безе.

– Значит, она тебе поверила? – сказала она.

Лиз с Тельмой переглянулись – они обе чувствовали, что все гораздо сложнее. Лицо Бекки было таким спокойным и решительным, когда она отвернулась от них и ушла.

– Как думаете, она расскажет кому-нибудь? – спросила Пэт.

– Нет, – уверенно сказала Лиз. – Нет, не расскажет.

Тельма согласно кивнула, но пальцы перекрестила на всякий случай.

– Отлично! – пробубнила Пэт с ртом, набитым сладкими крошками. – Получилось, дамы! – Она подняла чашку кофе, будто для тоста. – Даже несмотря на Джен Старк.

Троица переглянулась. Поведение Бекки и отсутствие последствий немного напрягали, но все позволили себе насладиться успешным выполнением сложного плана.