|
Прямо из пансиона, едва оторвавшись от парты, от фортепьяно, от сонатин Клементи, девочка эта, как в воду, кинулась в жизнь, в обществе мужлана без роду без племени, и уже не только сожалела о содеянном, но выражала свое сожаление с откровенной горечью. Когда я вышел из кареты, они сразу же умолкли, но по лицам их явственно читалось, что я прервал неприятное объяснение. Я снял шляпу перед дамой и предложил им свои услуги. Ответил мне мужчина. -- Что толку скрывать, сэр, -- сказал он, -- мы бежали, и ее отец нарядил за -- нами погоню -- тут ведь дорога на Гретна-Грин, сэр. А эти простофили возьми да и вывали нас в канаву и фаэтон, разбили! -- Весьма досадно, -- заметил я. -- Уж и не знаю, когда еще мне было таково досадно! -- воскликнул он и поглядел вдаль с нескрываемым страхом. -- Отец, надобно полагать, вне себя от ярости? -- учтиво поинтересовался я. -- А как же! -- воскликнул мужлан. -- Что долго толковать, сами понимаете: нам бы только поскорей вырваться из этой западни, вот что... может, вы скажете, это бесцеремонно с моей стороны, да нужда свой закон пишет... Может, вы бы ссудили нам свою карету до ближайшей станции, нам бы только туда добраться, сэр. -- Признаюсь, это и вправду бесцеремонно, -- отвечал я. -- Как вы изволили сказать, сэр? -- вскинулся он. -- Я с вами согласился, -- отвечал я. -- Да, это и вправду бесцеремонность, а главное, все и ни к чему. Я полагаю, можно уладить дело по-другому и притом наилучшим образом. Вы, разумеется, ездите верхом? Тут-то и стало ясно, о чем они только что спорили, и господин сей предстал перед нами в истинном свете. -- Так я ж ей это самое и твердил, чтоб ей пусто было! Надобно ехать верхом! -- выкрикнул он. -- Уж коли этот джентльмен того же мнения, черт возьми, чего ж вам еще надобно, поедете, и вся недолга! Говоря так, он хотел схватить ее за руку, но она с ужасом отпрянула. Я встал между ними. -- Нет, сэр, -- сказал я, -- леди не поедет верхом. -- А вы кто такой? Чего вмешиваетесь? -- взревел он. -- Кто я такой, вас не касается, -- отвечал я. -- Будь я хоть сам дьявол или архиепископ Кентерберийский -- не ваше дело. Главное, я могу вам помочь, а больше ведь, сколько я понимаю, помощи вам ждать неоткуда. Так вот что я предлагаю. Леди поедет в моей карете, конечно, ежели вы ответите любезностью на любезность и разрешите моему слуге ехать на одной из ваших лошадей. Я думал, он набросится на меня с кулаками. -- Впрочем, у вас есть выбор: дожидайтесь тут, покуда приедет папенька, -- прибавил я. Он мигом утихомирился. Еще раз затравленно поглядел назад, на дорогу -- и сдался. |
