|
Но все хорошо, что хорошо кончается; или, как поют и насвистывают -- в наши дни на улицах: Есть милый херувимчик, высоко он сидит И горемыку Джека заботливо хранит. -- Ну вот! -- молвил я, несколько ослабив объятие, но все еще держа его за плечи. -- Je vous ai bel et bien embrasse [28] -- и это, как сказали бы вы, опять французское выражение. Вид у Даджена был невообразимо жалкий и растерянный, парик съехал набок, закрывая один глаз. -- Веселей глядите, Даджен. Пытка окончена, больше я не стану вас обнимать. Но прежде, всего, бога ради, спрячьте пистолет. Он уставился на меня, точно василиск; уверяю вас, рано или поздно он непременно выстрелит. Вот, возьмите вашу шляпу. Нет, уж позвольте мне самому водрузить ее на место, а прежде нее -- парик. Никогда не допускайте, чтобы обстоятельства, даже самые крайние, мешали вам исполнить ваш долг перед самим собой. Ежели вам более не для кого наряжаться, наряжайтесь для господа бога! Поправьте свой парик вы, Чтоб плеши не сверкать, И не гнушайтесь бритвы, Штанов и сюртука! -- Нуте-ка, попробуйте за мною угнаться! Все, в чем состоит долг джентльмена перед самим собою, вместить в одно четверостишие! И заметьте, я по призванию отнюдь не бард и вирши сии излились из уст простого любителя. -- Но, дорогой мой сэр! -- воскликнул он. -- Но, дорогой мой сэр! -- эхом отозвался я. -- Я никому не позволю остановить поток моих рассуждении. Извольте высказать свое -- мнение о моем четверостишии, не то, клянусь, мы поссоримся. -- Право же, вы завзятый оригинал! -- сказал Даджен. -- Вы не ошиблись, -- отвечал я. -- И сдается мне, мы с вами достойная пара. -- Что ж, -- с улыбкой сказал он, -- надеюсь, вы оцените если не за смысл, то за поэтичность такие строки: Достоинство и честь -- вот мера человека, Иное ж -- блеск пустой и мишура от века! -- Э, нет, так дело не пойдет -- это "же Поп! Это вы не сами сочинили, Даджен. Поймите, -- продолжал я, ухвативши его за пуговицу, -- первое; что требуется от поэзии, -- это чтобы она была вашим кровным детищем, да, милостивый государь, кровным. Грудь мою распирает вдохновение, ибо -- говоря -- начистоту и несколько изменяя высокому слогу -- я чертовски рад тому, как обернулось дело. И, осмелюсь сказать, если вы не против, по-моему, вы тоже рады. Да, a propos, позвольте задать вам один нескромный вопрос. Строго между нами, случалось вам хоть раз стрелять из этого пистолета? -- А как же, сэр, -- отвечал он. -- Даже два раза... только по птичкам, по завирушкам. -- И вы стали бы стрелять в "меня, кровожадный вы человек? -- воскликнул я. -- Если уж вы об этом заговорили, -- отвечал Даджен, -- так ведь и вы не слишком осторожно размахивали своей палкой. |
