— Триста серебряных, — оживился тот, боязливо поглядывая на Угрюмого.

Ну скулах у того заиграли желваки, а руки сжались в кулаки. Я тут же понял, что Семену сейчас прилетит.

— Сто серебряных, Семен, или продавай и дальше свой дом, — флегматично пожал я плечами. — Ну или сделай мне здесь ремонт и тогда я дам тебе три сотни. Это мое последнее слово.

— Согласен на сотню, — вздохнул Семён, но судя по взгляду, он и этой сумме был доволен.

— Саш, ты уверен? — осторожно уточнил Угрюмый.

— Более чем.

Глава 20

Кирилл Семёнович стоял у окна своего кабинета на втором этаже «Золотого Гуся» и смотрел на утреннюю улицу.

Несколько дней прошло с ярмарки, которые он провёл в напряжённом ожидании удара, но удара не было.

Вчера зал был полон. Люди приходили посмотреть на «того самого повара, что спорил с уличным торговцем». Выручка была хорошей — не рекордной, но стабильной. Кирилл думал, что пронесло. Что Белозёров не станет мстить.

Он ошибся.

За окном остановилась телега, запряжённая двумя лошадьми. На борту — надпись «Митяй и сыновья. Мясо отборное». Кирилл улыбнулся. Старый партнёр. Двадцать лет работы, ни одного срыва поставок.

Он спустился вниз, вышел на крыльцо. Дядя Митяй — грузный мужик лет пятиидесяти, в засаленном фартуке и меховой шапке — уже выгружал туши.

— Доброе утро, Семёныч! — крикнул он весело. — Привёз лучшее! Телятина — загляденье, птица — первый сорт!

Кирилл подошёл, осмотрел мясо. Действительно — отборное. Телятина розовая с белыми прожилками. Птица крупная, откормленная.

— Мясо отличное, Митяй, — кивнул Кирилл. — Как всегда.

— Стараемся, Кирилл Семёнович, — Митяй вытер руки о фартук. — Для лучшего трактира — лучшее.

Кирилл взял список, пробежал глазами. Телятина — три туши. Птица — двадцать штук. Сумма внизу: двести сорок серебряных. Дорого, конечно, но он привык. Качество стоит денег.

Он достал кошелек и передал деньги Митяю.

— Принято. Спасибо, Митяй.

Митяй кивнул, убрал в карман. Помощники стали затаскивать мясо на кухню.

Кирилл вернулся внутрь, посмотрел на часы — десять утра. Через два часа начнётся обед. Время готовить.

Он спустился на кухню. Повара уже разделывали мясо — рубили, зачищали, мариновали. Запах свежей телятины наполнил воздух.

Кирилл остановился у разделочного стола, посмотрел на работу Ивана. Тот ловко снимал кожу с птицы.

— Иван, сегодня делаем «Золотые Полумесяцы» они еще с ярмарки хорошо идут. думаю, нужно их оставить.

Иван кивнул:

— Понял, Семёныч.

Кирилл прошёлся по кухне, проверяя работу. Всё шло по плану.

* * *

Полдень.

Кирилл вышел в зал и сразу почувствовал что-то неладное.

Зал был почти пуст. Из двадцати столов занято всего два — за одним сидела пожилая пара, постоянные клиенты, которые приходили каждый день, за вторым одинокий купец доедал суп. В это время обычно зал был забит под завязку, официанты едва успевали разносить блюда.

Кирилл нахмурился, оглядел пустые столы. Может, люди задерживаются? Случайность?

Дверь открылась, и вошли двое купцов в добротных тулупах. Кирилл их хорошо знал — постоянные клиенты, приходили строго в полдень и всегда зазывали одно и то же. Они остановились у входа, посмотрели на доску со списком блюд и ценами. Переглянулись. Развернулись к выходу и вышли, не сказав ни слова.

Кирилл замер на месте, не веря глазам.

Через минуту дверь снова открылась. Семья — муж, жена, двое детей.