— А как вас зовут?

— Марфой кличут. А вас как?

— Александр. — Пока она ходила за жаровней, я решил обследовать двор. — Сейчас вернусь!

Я осторожно приоткрыл калитку нашего дома. Из окон тут же высунулись детские головы:

— Варя! Он опять лезет!

— Сейчас мы его! — послышался воинственный крик.

— Я просто во двор загляну! — крикнул я. — За дровами!

— А ну стой! — рявкнула Варя, появляясь в окне второго этажа. — Шаг сделаешь — получишь!

— Мне нужны дрова из вашего двора. Для костра.

— Какого еще костра⁈

— Еду готовить буду. Для вас.

Варя замолчала на секунду, явно не ожидая такого ответа.

— Врешь! — крикнула она наконец.

— Не вру. Мясо уже покупают. — Я указал в сторону, куда ушел Матвей.

Во дворе и правда оказались полезные вещи — поленница с сухими дровами, старые, но целые ведра, несколько глиняных мисок. Все покрыто пылью, но вполне пригодное.

— Эй! — окликнула Варя. — Это наши дрова!

— Тогда считайте, что я их покупаю, — ответил я, складывая поленья в охапку. — Вместе с едой.

— Что-то мне не нравится твоя затея! — недоверчиво сказала она.

— А мне не нравится, что дети голодные, — отозвался я. — Но исправить можно и то, и другое.

— Вот, держите! — Марфа притащила действительно солидную железную жаровню с толстыми стенками и решеткой сверху. — Только угли хорошие делайте, а то дымить будет на весь район.

— Спасибо огромное, Марфа. Я в долгу не останусь.

— Да что вы, господин! — замахала она руками. — Я же вижу — дело хорошее задумали. Варьке с детишками помочь хотите.

— А вы что, правда тот дом купили? — подошел сосед, мужчина лет сорока с любопытными глазами.

— Купил. Документы все есть.

— Ну и как же вы с Варькой договариваться собираетесь? Она же никого не подпускает.

— Увидите, — улыбнулся я, устанавливая жаровню в удобном месте во дворе напротив дома. — Очень скоро все увидите.

К этому времени собралась уже целая толпа зевак. Человек пятнадцать стояли полукругом, обсуждая происходящее.

— А что, правда еду готовить будете? — спросила какая-то молодая женщина.

— Правда.

— А зачем?

— Чтобы дети поели. И чтобы мы могли нормально поговорить.

Матвей вернулся через полчаса, нагруженный покупками. Кусок грудинки был действительно великолепный — розовое мясо с идеальными прожилками жира. Лук крупный, свежий, еще пахнущий землей. Он прикупил и каравай хлеба.

— Мастер, это стоило целое состояние! — сказал он, тяжело дыша. — Но мясник божился, что лучшего в городе не сыскать. А еще я соли купил и перца.

— Молодец, — одобрил я, принимая покупки. — А теперь смотри и учись. Готовим лучшую еду, которую когда-либо пробовали в этом районе.

Я начал раскладывать дрова в жаровне, а толпа зевак все росла.

Я развел огонь в жаровне и стал терпеливо дожидаться, пока дрова прогорят до углей. Толпа зевак между тем все росла — человек двадцать уже собралось посмотреть на необычное зрелище.

— А что он делает? — спрашивала одна соседка другую.

— Готовить собирается, — отвечала Марфа. — Для Варькиных детишек.

— Да ну! А зачем?

— Говорит, договориться хочет.

Тем временем я нарезал мясо толстыми ломтями — каждый кусок толщиной с палец, жирный, с красивыми прожилками. Лук порезал крупными кольцами, чтобы он хорошо карамелизовался.