— Чтобы победить на рынке, нам нужно оружие для всех. Для богатых и для бедных. Для тех, кто хочет вкуса, и для тех, кто хочет просто наесться.

— Какое оружие? — не понял Семка.

— Пирожки, — улыбнулся я. — Четыре вида пирожков. Каждый для своей цели.

Варя с любопытством посмотрела на горшочек: — А это что?

— Закваска, — ответил я, открывая крышку. Оттуда пахнуло кисловатым духом. — Купил сегодня утром у одной бабульки на Слободке когда продукты покупал. Она печёт хлеб на продажу, согласилась продать немного закваски.

Я понюхал содержимое горшочка и поморщился. Закваска была так себе — слабая, видно, что её плохо кормили, но для первого раза сойдёт.

— А что, она плохая? — заметила мою гримасу Варя.

— Слабовата, — честно признался я. — В идеале закваска должна пузыриться, быть активной, а эта вялая, но ничего, поработает. Просто тесто будет подниматься дольше.

— А нельзя было купить получше? — спросил Петька.

— У хороших пекарей закваску не продают, — объяснил я. — Это их секрет, их богатство. Закваску растят годами, передают из поколения в поколение. Пекарь скорее рецепт отдаст, чем свою материнскую закваску.

— Материнскую? — не поняла Маша.

— Так называют самую старую, самую сильную закваску, — улыбнулся я. — От неё отщипывают кусочки для нового теста, а саму подкармливают мукой и водой. Она может жить десятилетиями, если за ней правильно ухаживать.

— А мы свою сделаем? — заинтересовался Петька.

— Обязательно, — кивнул я. — Как только появится время, я выращу нашу собственную закваску, но это долго — неделю, а то и две растить нужно. Сейчас времени нет, поэтому обходимся тем, что есть.

Я достал большую миску и начал просеивать муку:

— Смотрите внимательно. Муку просеиваем — так она насыщается воздухом и тесто получится лучше. Вот так, через сито. Дети завороженно наблюдали, как белая мука падает лёгким облачком в миску.

— Теперь делаем в муке ямку, — я показал, разгребая муку от центра к краям. — Как колодец. В этот колодец наливаем тёплую воду. Не горячую — закваска погибнет. Не холодную — не заработает. Тёплую, как парное молоко.

Я добавил воду, затем достал ложкой немного закваски из горшочка: — А вот и главный секрет. Закваска живая. В ней маленькие существа, которые питаются мукой и выдыхают пузырьки воздуха. Эти пузырьки и поднимают тесто. Понимаете? Дети закивали, хотя вряд ли до конца поняли, но горящие глаза говорили — им интересно. — Добавляем щепотку соли для вкуса. Ложку масла для мягкости и начинаем замешивать. Вот так, — я начал месить тесто, показывая правильные движения. — Не бить, не рвать. Месить плавно, складывать тесто само на себя, раз за разом. Варя и Матвей стояли рядом, впитывая каждое слово. Матвей даже записывал что-то в свою тетрадку.

— Тесто должно стать гладким, упругим, — продолжал я, работая руками. — Смотрите — оно перестало липнуть к рукам. Это значит, готово. Теперь накрываем его чистой тканью и ставим в тёплое место. Закваске нужно время, чтобы поработать. Часа два, может три.

— А что мы будем делать эти три часа? — спросил Петька.

— Готовить начинки, — улыбнулся я. — Пока тесто подходит, мы сделаем четыре разных начинки. Каждая — для своего покупателя.

Я разложил на столе все ингредиенты и начал с самой простой.

Первая — капустная. Самая простая и дешёвая.

— Капуста, — объяснял я, беря в руки крепкий кочан. — Дёшево, доступно круглый год, все знают этот вкус, но секрет не в капусте, а в том, как её готовить.

Я начал шинковать капусту тонкими полосками.