— Хорошо, — похвалил я. — Очень хорошо. Ты быстро учишься.

— Спасибо! — просиял он. — А что скажете насчет того предложения князя? Про земли?

Вот в чем была проблема. Князь предложил мне поместье, а я все никак не мог решиться. С одной стороны, собственные земли — это то, о чем мечтает любой дворянин. С другой — это означало уйти отсюда, от привычной жизни, от людей, которые стали мне близкими.

— Пока не решил, — честно ответил я.

— А чего тут решать? — удивился Матвей. — Свои земли, свои люди, полная свобода!

— Свобода — это не всегда хорошо, — задумчиво сказал я. — Иногда лучше знать свое место и свои обязанности.

* * *

Степан Игнатьевич

Степан Игнатьевич сидел за своим рабочим столом в канцелярии. Перед ним лежали три стопки документов, и каждая из них вызывала глухое раздражение.

Первая — отчеты казначея о расходах на войну и доходах от выкупа за пленных. Цифры радовали.

Вторая — донесения от его шпионов из соседних земель. Слухи о «соколином колдуне» уже расползлись, как зараза.

А третья, самая тревожная, была тонкой — всего один свиток, доставленный вчера ночью голубем из столицы. Его агент сообщал, что при дворе Великого Князя появился Богдан Боровичский и ведет какие-то тайные переговоры.

«Начал, змей», — мрачно подумал Степан. Он знал, что победа в войне была лишь началом. Настоящая, невидимая война только начиналась.

Дверь тихо скрипнула, и в канцелярию вошел его верный помощник.

— Господин управляющий, — сказал он, — к восточным воротам подошел торговый караван из столицы.

Степан медленно поднял голову.

— Торговый? В это время года?

— Да. Говорят, очень богатый. Повозки добротные, лошади породистые. Глава каравана, представившийся купцом Лукой, сыном Аверьяна, просит срочной аудиенции у князя. Говорит, по важному торговому делу.

Степан Игнатьевич откинулся на спинку стула. Его пальцы медленно барабанили по столу. Случайность? Он не верил в случайности. Особенно когда они приходили из столицы сразу после того, как там объявлялся Богдан.

— «Торговое дело»… — пробормотал он с кривой усмешкой. — Конечно. Посмотрим, какой «товар» они привезли на самом деле.

— Что прикажете, господин?

— Пропустить, — ровным голосом ответил Степан. — Разместить с почетом в гостевом доме. Проверьте их подводы, но незаметно, под предлогом помощи в разгрузке. Мне нужно знать, что они везут, кроме официальных товаров.

Степан спустился во двор, где уже разгружались повозки. Из главной телеги вышел человек лет сорока — невысокий, худощавый, в дорогой, но не вычурной одежде. Он держался с достоинством успешного купца.

— Добро пожаловать в наши земли, — сказал Степан, подходя к нему. — Я Степан Игнатьевич, управляющий князя Святозара.

— Лука, сын Аверьяна, — представился гость, кланяясь. — Торгую мехами и заморскими товарами. Слышал о славных победах вашего князя и подумал, что мы могли бы заключить взаимовыгодную сделку.

Все правильно. Документы, которые показал Лука, выглядели подлинными. Товары в повозках соответствовали заявленным. Речь была вежливой, манеры — подобающими купцу.

Но что-то было не так.

Степан не мог сразу понять, что именно его беспокоило. Годы службы при дворе научили его доверять интуиции, а интуиция сейчас кричала об опасности. Руки этого «купца» Луки были слишком мягкими. Ногти — слишком ухоженными, а взгляд — слишком цепким.