— Как пехоте?

— Для начала — да. Других-то нет. Но потом полагаю заменить их на более развитые и крепкие. Пулестойкая полукираса толщиной в линию у Льва Кирилловича получалась весом в 8 фунтов. Но это полбеды. У них очень много ранений рук и ног. Их тоже нужно защищать. Впрочем, тут спешить не надо. Я закупаю в коллекцию старые доспехи по всей Европы. В кунсткамеру. Вот и изучим. Посмотрим, что можно будет сделать. Их ведь нужно изготавливать достаточно массово. Особой толщины не требуется. Даже четверть линии сойдет. Все равно действительно сильных ударов не будет. Ну и спина. Тут тоже нужно думать… Поэтому и хочу им коней в тысячу триста фунтов. Чтобы запас по выносливости и грузоподъемности был.

— Доспехи бы очень пригодились, — согласился Меншиков. — Шведские рейтары в свалке оказывались нередко крепкими орешками.

— Хорошо, — кивнул Петр, который уже смирился с желанием сына насыщать войска защитным снаряжением. Не по европейской моде, ну и черт с ним. Он ведь уже предлагал вещи, идущие вразрез с новейшими веяниями Европы, и они отменно себя зарекомендовали. — Тогда уланам доспехи в первую очередь. Остальные пехоте.

— Пики еще обламывались после первого удара. — продолжил Александр Данилович.

— Да, — кивнул Алексей. — Длина пик, судя по всему, избыточная. Их можно сделать покороче. Например, четыре с половиной аршина вместо шести. И покрепче. И с острым подтоком.

— Еще что-то?

— Да нет. Все остальное вполне в рамках наших ожиданий.

— Артиллерия?

— Полевая показала себя хорошо. Только конский состав улучшать. А вот осадная подвела и с ней явно нужно что-то делать. Я думаю, что хорошо показавшие себя гаубицы поставить на мортирные лафеты. Специально, чтобы стрелять с большим возвышением и дальше. Изготовив для гранат трубки с большим замедлением. Ну отлить особые тяжелые мортиры калибром не менее десяти дюймов, а лучше двенадцати…

Беседа лилась медленно. Обстоятельно.

Сначала обговорили общие вопросы. Потом перешли к деталям и нюансам. Больше даже не столько армии, сколько тыла. После же задались перспективным проектами. Той же железной пушкой, кораблями с железным силовыми наборами и так далее. И если на собственно армейских вопросах они уложились в час, то по остальным вопросам сожгли натурально полдня, разойдясь ближе к полуночи…

Особенно бурные дебаты шли по будущим кораблям и перспективой колонии. О! Эта тема едва ли не половину всего времени скушала. Хотя царевич даже и не думал, что кого-то заинтересует. Но нет. Очень даже уцепились. У всех свое видение. Одно хорошо — обошлось без поспешных решений…

* * *

— Ваше величество, — произнес французский посол, — мой король желал бы вашего примирения с Петром.

— Об этом не может идти и речи! — вздернув подбородок процедил Карл.

— Но русские разбили шведскую армию и заняли несколько важных крепостей. Мы опасаемся их дальнейшего продвижения. Людовик очень дорожит союзом со Швецией и вами лично. А потому…

— Довольно! — перебил его Карл. — Это было случайностью! В ближайшую кампанию я разгромлю Петра! И вот тогда — поговорим о мире.

— Я передам ваш ответ, ваше величество.

— Если Людовик так переживает за меня, то прислал бы еще денег. А лучше солдат.

— К сожалению, он сейчас ведет кампанию на британских островах и сдерживает всю австрийскую армию. Это величайшее испытание для армии и казны.

— Величайшее испытание… — пробурчал Карл.