Ву – да и я вместе с ним – отделался легким испугом. То ли Ольга не умела стрелять, то ли не собиралась причинять серьезного вреда, но пуля прошла через плечо навылет, не задев никаких жизненно важных органов.

Я заглянул в медблок, убедился, что Ву спит, его состояние в норме и за ним наблюдают ребята из нашей лаборатории. Хотел уйти, но передумал. Придвинул кресло поближе к кровати, устроился в нем поудобнее, бессовестно закинув ноги на одеяло. Укрылся медицинским халатом и задремал, хотя казалось, что бушующая во мне ярость еще несколько суток не позволит заснуть.

– Надеюсь, камеры наблюдения зафиксировали все.

Мы завтракали вместе с Ву на балконе в медблоке. Я принес ему яичницу с беконом, кукурузные хлопья и йогурты, а себе нагреб фастфудных бутербродиков.

– Это будет бестселлер, – кивнул Ву. – Предлагаю сразу продать на ТВ – после этого ни мы, ни наши потомки не будем ни в чем нуждаться. Так эффектно ты еще ни разу не пытался сдохнуть. Если бы медики в начале распада кинулись тебя лечить, я бы, вероятно, даже не стал мешать, но они тупили, а когда решились, ты вроде даже начал обретать человеческий вид. Я уже хотел досмотреть спектакль до конца.

– Спасибо, – искренне сказал я. – Не представляю, как бы я дальше жил без этих способностей. И нужна ли такая жизнь вообще.

Я виновато посмотрел на Ву, но он философски пожал плечами.

– Зачем она в тебя стреляла?

– Напугалась. Сильно. Мне ее даже жалко, если честно. Это мы тобой уже отдрессированы с мукой и швабрами, а у нее такого опыта не было. Откуда стрессоустойчивости взяться. Ты разрешил ей остаться?

– Я недовыгнал. И Коломойцев усмотрел в этом разрешение остаться. Но ты уверен, что она нам нужна?

– Нужна. – Ву серьезно кивнул. – Она умная. И понимает, что делает. Просто для нее очень важен этот проект, а с тобой как-то не складывается, вот она нервничает и делает глупости. А еще ты ей нравишься. И вовсе не как коллега.

Я фыркнул:

– Не могу так философски отнестись ко всему, что произошло. Ну что за детский сад? То ругается с Боровским, то машет оружием. Она старше меня и приехала сюда работать.

– Ты тоже в экспедицию ехал работать – вам с Лео это помешало? – Ву пожал плечами.

– В любом случае стрельба в друзей – плохой способ завязать отношения. Я вообще не уверен, что после всего этого смогу с ней общаться.

– Так или иначе придется. На исследованиях. Пойдешь сегодня?

– Нет. – Я отхлебнул кофе. – Надо бы, там люди, бедные, лежат и ждут, когда мы закончим. Но я не могу.

Ву похлопал меня по плечу:

– Завтра вместе пойдем. А пока пусть Боровский расшифровкой данных командует. До начала распада ты выдал отличный результат. Мы увидели закономерность, которая не выделялась на предыдущих экспериментах. С мячом получилась серия коротких переходов через разрывы с хорошей скважностью, и на ней видна та корреляция с мозговой активностью, которую мы уже отчаялись воспроизвести.

Я кивнул. И, внезапно даже для себя, засмеялся.

– Давай все-таки возьмем муку. Потом смонтируем ролик и продадим как сцену в какой-нибудь фильм ужасов.

Ву смотрел на меня и улыбался. Это хорошо, что мы еще могли улыбаться.

Глава 6

Боровский нашел меня на симуляторе. Я один за другим закладывал рискованные, на грани идиотизма, маневры, стараясь при этом как можно дольше не угробить корабль. В академии, увидев такое, моментально перевели бы меня из пилотов в какую-нибудь наземную службу с пометкой «К полетам не допускать. Никогда!». Но сейчас я и не нарабатывал летные навыки, а пытался максимально выпустить пар, чтобы, зайдя в лабораторию, не сорваться на Ольге.