Вот чего мне не хватало! Нормальной жизни. Сидеть в парке. Есть руками взбитые сливки. Смотреть на небо над головой. Я слизал еще немного сливок, поднес к губам трубочку и стал неспешно потягивать напиток. Меняя глубину, чередовал горечь горячего эспрессо с мягким вкусом чуть подслащенного шоколадом молока и резкой сладостью нежной сливочной пены.

Звякнул коммуникатор, но я не обратил на него внимания. Прислонился спиной к дубу, вытянул ноги и сделал еще глоток. Смотрел, как редкие облака плывут по небу. Думал, как прекрасно было бы сидеть сейчас вместе с Лео. Болтать о какой-нибудь ерунде… Правда, Лео вряд ли бы стала пить мокко. К кофе она всегда была равнодушна. Скорее у нее был бы ройбуш с запахом земляники. Я бы дразнил ее сливками. А она – шутливо отмахивалась и в паузах между смехом потягивала свой земляничный чай.

Коммуникатор звякнул еще раз. И еще.

Тяжело вздохнув, я скосил глаза. Меня разыскивали – сыпались сообщения от Ву, от Боровского и даже от Ольги. Я понимал, что после инцидента с выстрелом мы и так потеряли два дня, нужно возвращаться к работе. Но, бросив взгляд на остатки мокко, подумал, что могу позволить себе еще минут десять отдыха, смахнул сообщения и вернулся к облакам и кофе.

Ву подошел сзади. Не то чтобы напугал, но я вздрогнул.

– Фу, – протянул китаец, сунув нос в мою чашку. – Как можно пить такую сладкую гадость?

– Сам ты гадость, – фыркнул я. – Мозги подпитываю, а то вы их вконец измотали.

– Мы закончили с экспериментами. – Ву вздохнул и сел рядом со мной.

– Почему? – Я напрягся.

– Все данные есть. Очень повезло, что ты разбил голову: наверное, без этого пазл не сложился бы. И распад помог. Сегодняшний эксперимент с импульсами подтвердил, что гипотеза верна и матмодель работает. Так что пока от тебя ничего не нужно.

Я почувствовал комок в горле. Глотнул кофе. Уточнил:

– Есть решение? Мы поднимем людей, они сохранят способности и останутся живы?

Ву молчал. В смятении я резко взболтал остатки мокко, так что сливки с шоколадом и кофе разлетелись по траве, забрызгав мне футболку.

– Сделаем электронный корректор, и будет видно. – Ву выразительно посмотрел на брызги.

– А испытывать его как будем? – Я попробовал отряхнуться, но еще сильнее размазал шоколад по одежде.

– В распад сходишь?

Я серьезно кивнул.

– А по заказу сможешь?

– Не знаю, проверим, когда все будет готово. Но без тестирования в реальных условиях использовать на других людях его все равно нельзя.

Мы почти синхронно встали. Дошли до крыльца.

– Отдыхай пока. Я сообщу, когда прибор будет готов, – попрощался со мной Ву уже в холле.

Бросив взгляд на заляпанную шоколадом футболку, я пошел к себе – переодеваться.

Несколько дней отдыха, без беготни с электродами на голове, – казалось, именно этого мне в последнее время так не хватало. Но вместо того, чтобы радоваться внезапным выходным, я, наоборот, начал нервничать. Что будем делать, если эксперименты с прибором закончатся неудачно? Сорок человек ждали того момента, когда смогут встать и вернуться к привычной жизни. Удастся ли нам сделать это?

Я работал на симуляторе, гулял по парку, смотрел старые фильмы. И изнывал от чувства неопределенности.

В один из вечеров, когда уже поднимался к себе, на лестнице встретил Ольгу. Похоже, она ждала меня.

С момента ее выстрела мы так и не поговорили. Я продолжал держать дистанцию, игнорируя ее сообщения. И сейчас мне было крайне неприятно оказаться с ней один на один.