Он задержался, глядя, как несколько обитателей деревни играют в мяч, бросая его в прикреплённую к ветке дерева дырявую корзину. Целью игры, похоже, было провести мяч сквозь корзину. Если бы они поставили её на землю, игра значительно упростилась бы, да и сами они не мешали бы друг другу. Сколько времени им потребуется, чтобы всё это осознать?

— Они все чёрные, — заметила Бекка.

Точно. Кентавры из Чёрной волны — такие же тёмные, как и хлынувшие вместе с ней в земли Ксанфа люди. Почему бы и нет? Пусть выбирают себе масть по душе. Кентавры встречались самые разные; просто с этим конкретным видом Сквернавец раньше не сталкивался. В то же время наблюдать за играющими в ту же игру кобылицами становилось всё интересней; их груди подпрыгивали почти так же упруго, как мяч.

Но потенциальный источник хаоса на этой площадке отсутствовал. Заставив себя отвести взгляд от привлекательных кобылиц — глазные яблоки повиновались со слегка чавкающим звуком, отрываясь от зрелища весьма неохотно, — Сквернавец продолжил путь. Бекка без комментариев последовала за ним. Её вид относился к обнажению среди кентавров неодобрительно.

Они подошли к стене. За исключением одинокого пятнышка, она была чистой. Перед стеной замер кентавр, внимательно рассматривая пятнышко в лупу.

— Что ты делаешь? — поинтересовался Сквернавец.

Кентавр взглянул на него, и пятнышко со стены тут же бесследно исчезло.

— Как поживаете? — задал он ответный вопрос.

Кентавры вечно проявляли поразительную и несвоевременную любезность.

— Прекрасно. Кто ты такой?

— Я Кресс. А вы?

— Меня зовут Сквернавец. Что происходит с этой стеной?

Мой талант заключается в сотворении пятна на стене. До сегодняшнего утра я считал его пустяковым. Но сегодня я случайно захватил с собой найденное вчера увеличительное стекло и обнаружил, что пятно в действительности — крошечная картина. Вот и решил изучить её получше.

Сквернавец ощутил лёгкий интерес.

— Дай и мне посмотреть.

Кресс протянул ему лупу и создал на стенке новое пятнышко. Сквернавец вгляделся в него. Надо же! Оно, и в самом деле, оказалось малюсенькой картиной, изображавшей встречу скверного вида парня и зеленоволосой принцессы в зелёном платье.

Бекка встала на цыпочки и заглянула через его плечо.

— Да это же ты, Сквернавец! Но принцессу я не узнаю. Что странно, потому что я знаю всех, будучи одной из них.

— Что? — ошеломлённо переспросил Сквернавец.

— Ничего. Я оговорилась.

— Что ты видишь? — заинтересовался Кресс.

— Себя… и красотку-принцессу, — ответил поражённый Сквернавец. — Но я никогда её не встречал.

— Все мои сегодняшние картинки изображали меня, — поделился Кресс. — И моих друзей.

— Взгляни, — сказал Сквернавец, возвращая кентавру увеличительное стекло.

Тот всмотрелся.

— Ты прав! Это ты и человеческая принцесса. Но она слишком стара или слишком молода.

— Стара?

— Зелёное платье, зелёные волосы и голубые глаза. Похоже на принцессу Айви. Но ей тридцать один год, а эта девушка выглядит, как минимум, на десятилетие моложе. Значит, это может быть её дочь, принцесса Мелодия… вот только ей всего четыре года. Следовательно, это кто-то ещё.

— Согласна, — кивнула Бекка. — Это не Айви. Такой девушкой вполне могла бы стать Мелодия… лет так через семнадцать.

— Откуда тебе могут быть известны такие вещи? — спросил её Сквернавец.