Филя на минутку задумался, прикидывая варианты, и догадался. Совсем недавно видел в одном спортив­ном магазине нечто подобное, так у него глаза на лоб вылезли — спортивная сумка за триста баксов?! И пе­тух там был — французский. И текст белыми буквами — «Lecoqsportive». Точно — цвета французского флага. Для совсем уже крутых. А Светлана Волкова вполне соответствовала этому уровню. Кстати, могла купить и за границей, в той же Франции, когда была на гаст­ролях с балетом Мариинского театра.

Далее. Старики подтвердили, что эти двое — мужик и девушка — провели в квартире что-нибудь около часа или немного больше. «Волга», которая привезла их, куда-то сразу отъехала. А вскоре туда же подъехала большая черная иномарка и минут десять простояла у подъезда. Потом из нее вышел коротко стриженный парень в спортивной форме и о чем-то довольно долго говорил по телефону, который держал возле уха, а сам в это время смотрел наверх, на окна, будто ждал кого- то. Наконец и эта машина уехала, а вскоре ее место сно­ва заняла «Волга» с синей мигалкой на крыше, кото­рая, однако, не работала. Вот тогда и вышли они из подъезда. Причем мужчина не только нес тяжелую сум­ку, но и поддерживал женщину под локоть, потому что ее пошатывало, словно от сильной усталости. Либо от боли, так как шея ее была забинтована и голову — наи­скось, к правому уху — тоже стягивала узкая повязка с тампоном, прижимавшим это ее ухо.

—    И как же вы все это разглядели? — удивился Филя. — Это ж довольно далеко от вашего столика?

—     Мы в другом месте сидели, в тенечке, за акаци­ей, — объяснил Егорыч. — Там скамейка стоит. Мет­ров десять всего до ихнего подъезда.

—   И вас так никто из них и не увидел? — усомнился Филя.

—   Нет, кусты же. А там же, кстати, и тот мотоцик­лист таился. Он все видит, а его — нет. Ветки раздвинь и наблюдай себе.

—    Ясно, отцы. А еще чего наблюдали? Может, не­значительные какие детали еще вспомните? Например, служебные «Волги», которые за ними приезжали, были разные? Или одна и та же? Как была одета балерина, когда вышла из дома? Вот Иван Савельевич говорит, что она была в светлом брючном костюме, а вы, Петр Егорович, утверждаете, что в длинном платье.

Егорыч засмеялся:

—   Так это ж я всегда в суть вопроса смотрю, а Вань­ка, он больше на интимное внимание обращает. Я на голову ее с повязками смотрел, а он, стало быть, на ноги. Пусть по его будет, в брюках так в брюках. Длинное такое, ага, до пяток... А касаемо машин, тут у меня со­мнение появилось. А ведь и в самом деле, шофер-то вроде другой был, не тот, что привез. Тот-то был ры­жим таким и высоким, а увозил черный и толстенький. Он еще из машины вышел и багажник открыл, чтоб сум­ку поставили. Это вы верно подметили, Филипп Кузь­мич.

И второй старик подтвердил слова приятеля.

А потом они подробно рассказали, кто и на чем приезжал делать обыск в квартире балерины. Об этом, оказывается, уже весь двор знал в подробностях. Поня­тыми же своих, соседей по подъезду, пригласили, ну а те... известное дело, всем же вокруг интересно, мало ли что предупреждали о неразглашении, а среди кого раз­глашать, когда кругом одни знакомые, сто лет рядом живут...

И, наконец, всплыло то, о чем в прошлый раз ста­рики даже и не обмолвились. Оказывается, командо­вал милиционерами, которые производили обыск, тот самый сутулый мужик, который привозил — увозил балерину. И суетился он больше других. А может, и не суетился, а демонстрировал свое беспокойство из-за отсутствия хозяйки квартиры. Все опрашивал, не появ­лялась ли, а может, просто не заметили, когда приезжа­ла, и не вывозила ли какие вещи, ну и прочее.