Мальчишка, достав из «сидора» склянку одеколона, вытер руки и заставил девочку сделать то же самое. Спрятав средство дезинфекции, извлек кулек, из него — ровно три куска рафинада и оделил всех. Катерина попыталась отказаться, сказав, что не любит сладкий чай, но мальчишка не принимал возражений:

— А вы все равно возьмите. Домашних угостите или детишек, — сказал он. — Они у вас есть?

— Есть, есть.

— Вот и передадите.

Познакомились. Мальчик назвался Иваном Макаровичем, а девочку представил как Варвару. Та ни слова не говорила, только улыбалась.

Подоспел кипяток, Катерина заварила чай, нарезала батон, достала мед, подаренный как-то Остапчуком. Было видно, что ребята не голодные, просто перекусывают, хотя досыта питаются не так давно, так как выедают все, не оставляя ни крошки.

— Откуда вы, ребята? — спросила она.

— Я из Рогачева, под Москвой, Варвара из-под Клина.

— Вы к нам надолго?

— Это как начальство решит.

— Вы же не брат с сестрой?

— Не-а, просто ходим вместе.

— Давно?

— Да, почитай, года три как. Когда немца выбили, мы сначала подались к моим, а там один бородатый сказал — твои, мол, в Крым поехали. Мы — туда.

— Нашли?

— Не-а, их еще в сорок первом расстреляли, а этот бородатый всем лапшу на уши вешал, утешал якобы, — объяснил Иван Макарович просто как факт, без тени слезы. — Ну зато погрелись, в море покупались. И тепло, и ягоды прям на деревьях растут, и во, Варька перхать перестала.

Та, улыбнувшись, кивнула.

— А чего ж вернулись в Москву?

— Так здесь прокормиться все равно проще.

Иван Макарович, освоившись, рассказывал об их житье-бытье, ночевках в воронках, поездках под вагонами и прочих приключениях, а Варя все пила и пила чай, цедя его сквозь сахар. Когда кусок закончился, она просто протянула руку. Иван Макарович снова заставил ее протереть одеколоном и лишь после этого выдал еще.

— А почему ты, Варя, ничего не расскажешь? — спросила Катерина, подливая ей кипятку.

Та улыбнулась и ничего не сказала.

— Вы не обращайте внимания, — посоветовал Иван Макарович. — Кто ее знает? Может, не хочет, может, незачем. Молчит и молчит, очень удобно.

Погоняли еще чайку где-то с полчаса, пока не послышались голоса в коридоре.

— Наверное, закончили, — предположил Иван Макарович, собирая крошки со стола и переправляя их в рот. — Спасибочки за угощение и за компанию. А что, Екатерина Сергеевна, нельзя ли так устроить, чтобы нас с Варькой в один детдом отправили?

— Документов у вас никаких нет?

— Не-а, ничего.

— Даже не знаю, Иван Макарович, — призналась она, — если вы не родня, то нет такого порядка, чтобы в одно учреждение.

Мальчишка смирился легко:

— Ну нет так нет.

А Варя изо всех сил вцепилась в его руку.

Глава 9

В кабинет к Сорокину вошел весьма белесый товарищ и представился:

— Эйхе Виктор Робертович.

Николай Николаевич, запнувшись, уточнил:

— Тот самый?

Гость успокоил:

— Нет, и даже не с одного хутора, — успокоил его гость. — Я новый заведующий детским приемником-распределителем.

Сорокин представился, представил Остапчука и предложил присесть.

Эйхе, поблагодарив, разместился на стуле. Повисло молчание. Сорокин рассчитывал на то, что посетитель скажет, наконец, зачем пожаловал, но тот продолжал молчать.