Никогда еще Шафт не встречал настолько красивой женщины, даром что Москва была полна самых прелестных девушек со всей планеты. Однако эта… эта… богиня превзошла всех, кого Шафт когда-либо видел или воображал себе. Негр почувствовал, что впервые в жизни у него задрожали руки, он еле удержался от того, чтобы не рухнуть на колени перед этой неописуемой красавицей…

– Ну, чего уставился? – прикрикнул на актера Шара.

Негр будто очнулся.

– Да, да, Шафт уходит, – пробормотал он, и, не найдя в себе сил, чтобы бросить еще один взгляд на ослепительно сияющую богиню, африканец развернулся к выходу.

Но тут случилось то, чего никак не ожидал ни Шара, ни тем более Шафт.

Маргарита Николаевна, увидев, что негр собирается уйти, вдруг быстро настигла его и дотронулась рукой до его полуобнаженного плеча (Шафт предпочитал носить футболки).

Пораженный актер обернулся и вытаращил свои глаза-блюдца на улыбавшуюся девушку.

– Простите, вы ведь артист Шафт? – проговорила она, зачарованно глядя в лицо смоляного атланта.

– Это есть я, – еле слышно подтвердил актер и робко кивнул.

– Ой, что вы говорите! – выдохнула девушка, словно испытав моментальное облегчение. – А я ведь ваша большая поклонница! Я бы даже сказала – большущая! Вы так сыграли Воланда, что лучше просто никто бы не сыграл… Вы потрясающий артист, товарищ Шафт!

– Шафт очень, очень благодарит вас, – прошептал негр едва ли не со слезами на глазах.

Затем он осторожно взял огромными лапищами ручку Маргариты Николаевны, наклонился и запечатлел на ней своими толстыми губами почти неосязаемый поцелуй.

99

Тут Шара не выдержал, вскочил с кресла и подбежал к негру и красавице, которые не моргая глядели друг другу в глаза, словно ничего вокруг них сейчас не существовало.

– Ну ты чего застрял? – зашипел режиссер на Шафта, но тот будто не слышал его. Тогда Шара подошел к девушке и заговорил с ней: – Маргарита Николаевна, я вас прошу, вернемся к нашему… м-м, собеседованию…

Но и Маргарита Николаевна не смотрела на Шару. Шафт по-прежнему держал ее изящную ручку в своей черной лапище и как загипнотизированный смотрел девушке в глаза. Она зачарованно улыбалась ему в ответ.

Шаре показалось невыносимым это зрелище. Он не знал, что предпринять и куда деться, как вдруг, к величайшему его облегчению, в павильон ворвались трое в милицейской форме.

Режиссер сразу узнал среди них Жаверова и поспешил ему навстречу.

– Товарищ майор, ну наконец-то! – радостно воскликнул Шара. – Сколько можно ждать?

– Ну, как я вижу, ничего плохого не случилось, – заметил Жаверов, внимательно присматриваясь к застывшим в монументально-романтической позе Шафту и Маргарите Николаевне.

– Пока еще не случилось, – уточнил Шара. – Вы, к счастью, успели.

– К чему? – хмыкнул майор. Двое его подручных переминались за спиной майора.

– К тому, что ее сообщники, – режиссер обернулся и показал пальцем на Маргариту Николаевну, – не пришли. Вы их, видимо, спугнули.

– Ну так, стало быть, мы поторопились? – уточнил майор.

– Выходит, что так, – развел руками Шара.

– Поблизости никого не было, – сухо сказал Жаверов. – Возможно, эти самые сообщники, если они вообще есть, должны были прийти позже.