– Есть отставить иронию! – вытянулся майор.

– Я бы на вашем месте не шутил, товарищ Жаверов, – строго посмотрел на него полковник. – У вас два убийства нераскрытых – причем каких! Погибли два кинорежиссера – не из последних, насколько я могу судить. Светила нашей, так сказать, экранной мысли… А вы, вместо того чтобы заниматься нормальным следствием, предлагаете какие-то экстраординарные меры. Хотите накрыть медным тазом всю нашу кинематографию, да еще и угрожаете: иначе, мол, пеняйте на себя…

– Разрешите возразить, – мягко отозвался Жаверов. – Во-первых, «Мосфильм» – далеко не вся наша советская кинематография. Даже московская – не вся. Здесь есть еще студия имени Горького, на которой, к счастью, все спокойно… Во-вторых, никаким тазом я, конечно, ничего накрывать не хочу. В-третьих, случай явно ненормальный – патологический, прямо скажем, случай. Вы ведь не станете этого отрицать? Так что нормальным, как вы выразились, следствием здесь можно ничего и не добиться…

– Демагогию разводите, товарищ майор, – с кислым видом произнес полковник. – И что вы вообще желаете сказать? Хотите проводить ненормальное следствие? Впрочем, если вы и впрямь намереваетесь посадить огромную киностудию на карантин – ведь, по сути, вы предлагаете именно это! – то такое и впрямь не экстраординарно, а именно ненормально…

– Карантин, как вы остроумно назвали, – это только одна из возможных мер…

– Да поймите вы, что это как раз невозможно! Остановить кинопроизводство на главной киностудии страны, пусть даже из-за двух убийств… Да даже если б там террористический акт приключился, и то было бы немыслимо…

– Ну, это вы уж загнули, товарищ полковник, – усомнился Жаверов.

– Ладно, – отмахнулся Видов, – у нас, слава Ленину, не капитализм, чтобы теракты происходили… Но я об этом и говорю: что бы у нас в стране ни случалось, это никогда не доходит до того, чтобы прибегать к настолько радикальным мерам… Так что ни мы, ни кто-либо не может и не станет останавливать работу «Мосфильма»…

– Я говорил только о частичной остановке, – возразил майор.

– И частично тоже не станем, – отрезал Видов.

– Ну, хорошо, а установить охрану? Здесь-то что такого уж экстраординарного?

– Да где людей взять, майор? – повысил голос полковник. – Может, еще весь МУР прикажете бросить на нужды одного вашего «Мосфильма»?

– Я говорю об охране, а не о том, чтобы сыскарей туда посылать! – Жаверов тоже начал раздражаться.

– Видимо, сыскарей все-таки придется, – хмыкнул Видов. – На замену вам.

– Как хотите, товарищ полковник, – равнодушно отозвался майор. – Я бы даже просил вас об этом… Если кто-то теми же средствами, что и я, добьется там большего успеха, буду только рад…

– Вы так уверены в своей правоте? – покачал головой Видов. – Вот вы говорите: пусть кто-то другой добьется там большего… А слышится другое: мол, пусть кто-то другой, так же как и я, обломает там себе зубы, и этот проклятый полковник убедится, что я был прав… Так, товарищ Жаверов?

– Что вы, товарищ полковник, – слегка улыбнулся майор. – Я вас «проклятым» никогда не называл…

– Ну, раз вы такой вежливый, – вздохнул Видов, – отстранять вас от этого дела я пока не буду… Идите.