Пока шёл обмен командами, в тактическом поле шла своя работа.

Линкор «Земля» развернулся, показывая тяжёлому модулю СОЛМО весь набор своих батарей. Орудийные секции выдвигались из броневых ниш, поворачивались, фиксируясь в нужных секторах. На голографе вспыхивали сектора заградительного огня — дуги, спирали и полукольца, перекрывающие пространство между нами и узлом.

По периметру «тихой зоны» зашевелились маркеры минных платформ. Маленькие, почти невидимые точки, но я знал, сколько в них начинки. Беспилотники и штурмовые дроны занимали позиции, выстраивая тройное кольцо вокруг воображаемой сферы, в центре которой стоял чёрный многослойный узел СОЛМО — идеальная машина координации, ни единого лишнего элемента. Никаких эмоций, никаких инстинктов. Только расчёт.

— Командир, — тихо сказал Денис. — Пара минут — и будем готовы.

— Делайте, — ответил я. — Время пошло.

Через минуту мы собрались на ангарной палубе. Симбиоскафы встали в боевой режим уже сами, без команды; достаточно было того, что я подумал о бое. Под бронёй прокатилось знакомое лёгкое покалывание — симбиот подстраивал интерфейсы, выравнивал реакции, калибровал усилители. С собой у меня ничего лишнего не было, а вот у остальных…

На талии Киры, прямо поверх биоскафандра висел пояс с виброножем и допотопной кобурой, из которой выглядывала рукоятка обычного автоматического пистолета Стечкина, образца 1951 года! Ну что же, выбор оружия хоть и странный, но логичный. У АПСа нет мозгов, только механика, так что вряд ли кто-то сможет перехватить над ним управление, разве что только с трупа Киры снимут…

Баха возился с переносным блоком связи и чем-то, подозрительно похожим на ящик с инструментами маньяка.

— Это что? — спросил я, кивнув на железную коробку с торчащими из неё кабелями.

— Набор для нежного знакомства с мозгами узла, — мрачно пояснил он. — Тут адаптеры к машинным шинам, несколько пакетов вирусов, часть — с кодами сети АВАК, но обрезанными, чтобы нас самих не заразило, часть — мои. И ещё пара неприятных сюрпризов.

— Ты уверен, что на СОЛМО это подействует? — уточнил Заг.

— Не уверен, — честно сказал Баха. — Но на всякий случай взял.

Заг, как обычно, выглядел как ходячий склад вооружения: парочка обычных, старинных гранатомётов, два виброножа, разгрузка с гранатами, на спине ранец, набитый взрывчаткой.

— Ну что, — сказал я, когда у меня на визоре индикатор готовности модуля АВАК-7 загорелся зелёным. — Последний шанс сказать, что это безумие, отказаться и уйти в рубку, пить чай и комментировать бой умными фразами.

— Поздно, — пожал плечами Баха. — Я уже всё настроил.

— Я вообще думал, что мы давно в отделе психиатрии, а всё вокруг просто бред сумасшедшего– заметил Заг.

Кира усмехнулась:

— Командир, не тормози. А то узел сам к нам прилетит, чтобы мы его уже наконец захватили, а то он устал ждать.

Я вдохнул, чувствуя, как симбиот синхронизируется с сетью АВАК, а где-то далеко впереди тяжёлый координационный модуль СОЛМО уже перераспределяет мощности, готовясь встретить нашу атаку.

— Ладно, — сказал я. — По местам. Магистр, где наша повозка?

«Транспортный модуль готов к старту. Орбитальная конфигурация — в пределах допустимой.»

Я переключился на имплантат, и тут же увидел, как один из трех оставшихся у нас биотехноидов, странно статичный, не живой, медленно подплывает к люку ангарной палубы линкора. Силовое поле, которое работало на полную мощность его не остановило, он прошел сквозь щит как горячий нож сквозь масло и я в очередной раз порадовался, что эти штуковины, по крайней мере сейчас, наши союзники, а не враги.