Заг тихо ответил:

— Командир… только скажи. И мы войдём.

Я посмотрел на них. На своих. И сказал:

— Идём. До конца.

Биотехноидный «зомби» ударился о поверхность узла, а дальше начался ад.

Глава 13

Ад начался с того, что нас попытались буквально раздавить и выплюнуть обратно в космос.

Биотехноид дёрнулся так, будто его ударили молотом. Нас прижало к гнёздам, как при резком старте десантного бота. Стены вокруг пошли рябью, биолюминесценция вспыхнула, затем провалилась почти до чёрного.

— Держимся! — выкрикнул я, хотя и так было понятно, что деваться некуда.

Снаружи по нам саданули чем-то очень злым. Не плазма — симбиот бы отследил. Это было похоже на резкий скачок локальной гравитации: корпус «зомби» вдавило в поверхность узла, как жвачку под подошву. На визоре у меня на мгновение вспыхнули белые помехи — симбиот пытался что-то компенсировать, и у него это на удивление не плохо получалось.

«Сопротивление внешней поверхности. Узел инициировал локальную жёсткую сцепку. Вариант: используется как способ утилизации фрагментов АВАК», — холодно откомментировал симбиот.

— То есть нас сейчас попытаются размолоть на части и выбросить вместе с мусором? — уточнил я.

«Вероятность высокая».

— Ну хоть честно, — усмехнулась Кира.

Биотехноид снова дёрнулся, но уже иначе — не от внешнего удара, а изнутри. Где-то под нами, в глубине его почти мёртвой плоти, распустились знакомые по другим операциям структуры — нечто вроде биологических буров и режущих лепестков. Только сейчас они работали не против нас, а для нас.

— Начал «врастать», — констатировал Баха. — Он цепляется к корпусу узла. Вырезает стык.

Вибрация пошла волной, от ног к голове, симбиот автоматически подстроил амортизацию. В какой-то момент показалось, что нас просто размажет по стенам, но потом всё разом стихло. Стало… тихо. Слишком.

«Контакт с внешней структурой установлен. Физическая сцепка стабильна. Препятствия: три слоя внешней оболочки, один слой динамической защиты, вакуумный буфер, кабельная ниша», — сообщила сеть.

— Сколько времени? — спросил я.

«До вскрытия первого слоя — ноль целых, девять десятых секунды».

— Это шутка⁈ — не выдержал Заг.

Ответом стал удар. Не звук — ощущение. Как будто тебя одновременно ударили в уши, в зубы и в позвоночник. Воронка перед нами распахнулась, стены «зомби» разошлись, превращаясь в полупрозрачную, шевелящуюся мембрану.

За ней — чёрная гладь корпуса СОЛМО. Ни швов, ни люков, ни болтов. Идеальная металлическая кожа.

— Слой один, — прохрипел Баха, глядя в свой сузившийся интерфейс симбиота. — Пошёл второй.

На гладкой поверхности узла вспухла серебристая опухоль — наш биотехноид вцепился в неё как пиявка. Внутри заскрежетало — уже по-настоящему, металлом по металлу. Невидимые органы АВАК, перестроенные в режущий инструмент, начали выгрызать себе дорогу.

Солмо ответили почти сразу.

По корпусу узла побежали тусклые, геометрически правильные вспышки. Сетка — идеальная, кубическая, строгая. Ни капли хаоса, сплошная математика. Вибрация вернулась, теперь она стала рваной, с импульсами, явно пытающимися рассогласовать наш «зомби»-модуль.

Симбиот взвыл где-то на границе восприятия, но удержал. Сеть коротко отрапортовала:

«Динамическая защита активна. Локальные гиперразрывы по периметру стыка. Рекомендуется ускорить проникновение».

— Да мы и так не тормозим! — огрызнулся я машинально. — Приготовиться к выходу.