|
Во время этого разговора они проезжали по городу Монкюк, и к войску прибавились четыре полевые пушки. - Сир, - сказал Шико, - возвращаюсь к своей первоначальной мысли: видно, здешние волки - какие-то совсем особенные, и им выказывают внимание, которого обыкновенных волков никогда не удостаивают, - против них выставляют артиллерию! - А! Ты это заметил? - воскликнул Генрих. - Такая у жителей Монкюка причуда! С тех пор как я им подарил для учений эти четыре пушки, купленные в Испании по моему приказу и тайком вывезенные оттуда, они всюду таскают их за собой. - Но все-таки, сир, - негромко спросил Шико, - сегодня мы прибудем на место? - Нет. Завтра. - Завтра утром или завтра вечером? - Завтра утром. - Стало быть, - не унимался Шико, - мы будем охотиться вблизи Кагора, не так ли, сир? - Да, в тех местах, - ответил король. - Как же так, сир? Вы взяли с собой, чтобы охотиться на волков, пехоту, конницу и артиллерию, а королевское знамя забыли захватить? Вот тогда этим достойным зверям был бы оказан полный почет! - Гром и молния! Знамя не забыли взять, Шико, - мыслимое ли это дело! Только его держат в чехле, чтобы не запачкать! Но уж если, сын мой, тебе так хочется знать, какое знамя ведет тебя вперед, тебе его покажут, и оно прекрасно! Вынуть знамя из чехла, - приказал король, - господин Шико желает внимательно разглядеть наваррский герб! - Нет, нет, это лишнее, - заявил Шико, - потом успеется! Оставьте его там, где оно сейчас: ему хорошо! - Впрочем, можешь быть покоен, - сказал король, - ты увидишь его в свое время в на своем месте. Вторую ночь провели в Катюсе, приблизительно так же, как первую; после того как Шико дал слово, что не попытается бежать, на него перестали обращать внимание. Шико прогулялся по городку и дошел до передовых постов. Со всех сторон к войску короля Наваррского стекались отряды численностью в сто, полтораста, двести пятьдесят человек. В ту ночь отовсюду прибывала пехота. "Какое счастье, что мы не держим путь в Париж, - сказал себе Шико, - туда мы явились бы со стотысячной армией". Наутро, в восемь часов, Генрих и его войско - тысяча пехотинцев и две тысячи конников - были в виду Кагора. Город оказался готовым к обороне. Дозорные успели поднять тревогу, и г-н де Везен тотчас принял меры предосторожности. - А! Вот оно что! - воскликнул король, когда Морнэ сообщил ему эту новость. - Нас опередили! Это досадно! - Придется вести осаду по всем правилам, ваше величество, - сказал Морнэ, - мы ждем еще тысячи две людей; это столько, сколько нам нужно, чтобы, по крайней мере, уравновесить силы. - Соберем совет, - сказал де Тюренн, - и начнем рыть траншеи. Шико с растерянным видом наблюдал все эти приготовления, слушал все эти разговоры. Задумчивое, словно пришибленное выражение лица короля Наваррского подтверждало его подозрения, что Генрих неважный полководец, и только эта мысль придавала ему некоторую бодрость. |
