|
Он уселся и сказал: - Кушайте, господа. По тому, как бойко ножи и вилки застучали по фаянсовым тарелкам после того, как были произнесены эти слова, Анри мог заключить, что их ждали с некоторым нетерпением и приняли с величайшей радостью. - Кстати, - спросил он онисского офицера, - нашлись наши моряки? - Да, сударь. - Где же они? - Вон там, в самом краю стола. Действительно, офицеры сидели не только в дальнем конце стола, но и выбрали самое темное место во всей комнате. - Господа, - сказал им Анри, - вам там неудобно сидеть, и вы, сдается мне, ничего не едите. - Благодарствуйте, граф, - ответил один из них, - мы очень устали и гораздо больше нуждаемся в отдыхе, чем в пище. Мы уже говорили это господам кавалеристам, но они настояли на том, чтобы мы сели ужинать, утверждая, что таков ваш приказ. Для нас это большая честь, и мы вам очень благодарны. Но все же если бы, не задерживая нас дольше, вы были бы так добры, что велели бы предоставить нам комнату... Анри слушал с величайшим вниманием, но было ясно, что голос собеседника интересует его больше, чем сам ответ. - Ваш товарищ такого же мнения? - спросил он, когда морской офицер замолчал. При этих словах дю Бушаж так испытующе смотрел на второго офицера, низко нахлобучившего шляпу и упорно молчавшего, что все сидевшие за столом тоже стали к нему приглядываться. Вынужденный хоть что-нибудь ответить, офицер еле внятно пробормотал: - Да, граф. Услышав этот голос, Анри вздрогнул. Затем он встал и решительно направился туда, где сидели оба офицера. Все присутствующие с напряженным вниманием следили за действиями Анри, явно свидетельствовавшими о его крайнем удивлении. Анри остановился подле обоих офицеров. - Сударь, - обратился он к тому, кто говорил первым, - окажите мне одну милость. - Какую же, граф? - Убедите меня в том, что вы не родной брат господина д'Орильи или не сам господин Орильи. - Орильи?! - вскричали все присутствующие. - А вашего спутника, - продолжал Анри, - я покорнейше прошу слегка приподнять шляпу, закрывающую его лицо, иначе мне придется назвать его монсеньером и низко склониться перед ним. И, говоря это, Анри снял шляпу и отвесил неизвестному почтительный поклон. Тот поднял голову. - Его высочество герцог Анжуйский! - в один голос закричали кавалеристы. - Герцог жив! - Ну что ж, господа, - сказал морской офицер, - раз вы готовы признать вашего побежденного, скитающегося принца, я не стану больше препятствовать изъявлению чувств, которые меня глубоко трогают. Вы не ошиблись, господа, перед вами герцог Анжуйский. - Да здравствует монсеньер! - дружно закричали кавалеристы. 10. ПАВЕЛ ЭМИЛИЙ Как ни искренни были эти приветствия, герцога они смутили. |
