Я отстраняюсь, глядя на него, как на полоумного идиота.

Не будь здесь тёти, я врезала бы ему по лицу, оставив синяки, но так как у меня такой возможности пока нет, ограничиваюсь грубостью в голосе.

Он будто бы ждал этот вопрос. Выражение лица не меняется, он всё так же весел и беззаботен, может, даже чуточку больше, чем до этой секунды.

От злости моя рука вот-вот потянется к ножу, который я запрятала под кофту после душа и который собираюсь всегда носить с собой. После произошедшего мне придётся научиться одному важному правилу: этот мир никогда не бывает безопасен, так что следует предпринимать некоторые меры. Особенно когда ты предала будущего короля британской мафии.

Парень смотрит на меня с азартом, а потом пожимает плечами, словно не знает ответа на заданный вопрос. Как жаль, что здесь Сара. Я бы приставила нож к его горлу и заставила бы говорить. Отхожу, когда тётя уже кладёт трубку и переводит на нас взгляд. Проводит руками по своим пышным бёдрам, поправляя платье, устало вздыхает.

– Ты уверена, что хочешь выйти из дома? – встревоженно спрашивает Сара. – Я имею в виду, что они могут быть где-то рядом. Если хочешь, я приставлю к тебе одного из своих gigantes.

Я надеваю капюшон на голову, пряча волосы, будто это мне точно поможет.

Когда лифт приезжает, я вхожу в кабинку и, помахав тёте, спускаюсь на первый этаж. В сердце всё также скачет волнение и страх.

С этим парнем стоит оставаться начеку.

* * *

Моя новая знакомая, Ава Миттанк, предлагает посидеть в кафе подальше от района Стрип, кишащего ублюдками, от которых, по её словам, её уже тошнит. Так что мы доезжаем на такси до бульвара Фремонт и останавливаемся у кафе под названием The Park в Даунтаун Контейнер Парке. Это уникальный торговый центр в самом центре Вегаса, построенный из грузовых контейнеров, которые превратились в бутики, кафе, рестораны и места для развлечений. Я не перечу, ибо согласна с таким раскладом. И даже заставляю себя снять капюшон, не переживая о том, что меня здесь могут узнать.

Ава выглядит, как всегда, очень роскошно. Её блестящие золотистые локоны собраны в высокий хвост, на ней чёрное боди с открытыми плечами и длинными рукавами и светлые широкие джинсы. А каблуки её чёрных туфель делают её ещё выше, чем она есть на самом деле.

Тали. Именно так она сократила моё имя.

Она поднимает руку и затыкает меня:

Вызвав официанта, Ава делает заказ: мне она берёт тако с креветками, а себе – веганские бургеры, что бы это ни значило. Полагаю, на такой выбор для меня её натолкнули мои испанские корни. Для некоторых людей нет разницы между испанцами и мексиканцами, но меня это совершенно не задевает.

Она уже упоминала, что «он ей нравился» в каком-то саркастичном тоне. Но я начинаю переживать, что они могли быть более близки.

Я вздыхаю.

Вопрос глупый для уже состоявшейся встречи. Мы сидим за столом в кафе, и как-то поздновато интересоваться о подобных вещах. Ава усмехается. Усмешка у неё выходит очень классная. Глядя на эту девушку, начинаешь жалеть, что не родилась лесбиянкой.

– Просто повеселиться охота.

Странные в Лас-Вегасе люди. Парень Сары со своим именем, которое сделал тайной, а теперь Ава, утверждающая, что не доложила об убийстве, учинённом моими руками, только потому, что хотела повеселиться.

– А у тебя есть выбор?

Её вопрос ставит меня в тупик. Медленно качаю головой, не найдя ответа.

Слова льются сами собой:

Девушка кивает и с умным видом произносит:

Какой грубый лексикон для такой роскошной дамы. Я усмехаюсь возникшим мыслям.

О боже, я что, начала мыслить как Джаспер?

Я озираюсь по сторонам, чтобы убедиться в том, что вокруг нет лишних ушей. Но откуда им взяться, если тут одни семейные пары с детьми? Это просто разыгралась моя паранойя.